Рабочее название фильма — «Родина», и я даже не буду излагать вам сюжет. Это просто коллекция всех избитых антирасистских, антинацистских, антибелых кинематографических штампов со времени выхода фильма «Убить пересмешника». Мы не просто злобные и порочные. Мы и уродливые и ожиревшие, или наоборот — кожа да кости от пьянки, обычно в тюремных татуировках, с гнилыми зубами и запахом пота, мы пускаем газы и ковыряем в носу, мы — убийцы-психопаты и малодушные трусы, мы взрываем детей. Заодно, все мы — скрытые пидоры, и, само собой разумеется, жестоко обращаемся с белыми женщинами: фильм начинается именно со сцены, где несколько так называемых «добровольцев» насилуют красивую светловолосую белую девушку, которую заподозрили в предательстве, а потом разрезают её цепной пилой. Мне продолжать?

— Мы уловили суть, лейтенант, — мрачно сказал Хэтфилд.

— Если предполагается, что мы — пидоры, то как мы можем всем скопом насиловать женщин? — саркастически спросил Макнил.

Морхаус с учёным видом поднял палец.

— «Глупая последовательность — есть суеверие недалеких умов». Это слова Ральфа Уолдо Эмерсона.

— Нужно понимать, что эти фильмы снимаются не только для телевидения или как фильмы без звёзд, которые идут в прокате три недели, а затем их записывают на ДВД-диски, — пояснил Хилл. — Они задуманы как величайшие блокбастеры — самые успешные фильмы, которые когда-нибудь выпускались в «городе мишуры». Оба фильма получат начальный бюджет больше ста миллионов долларов каждый. Буквально все роли со словами в обоих фильмах будут исполнять кинозвёзды первой или второй величины. Некоторые из ролей — лишь эпизодические или без слов, но даже на них приглашают всех актёров или актрис, знаменитых в последние двадцать лет, в том числе некоторых старых чудаков 80-ых и 90-ых годов, которых разыскали на пенсии или выкопали из домов престарелых. Мэри Стинберген исполнит роль старушки в кресле-каталке, Тэд Дэнсон изобразит пьяницу, а Мелисса Риверс сыграет еврейскую бабушку, в красивой длинной шали, скрывающей калоприёмник.

Вводные титры будут читаться как «Кто-Есть-Кто в Голливуде» за последнюю четверть века; один состав исполнителей привлечёт зрителей, так как почти все любимые звёзды где-нибудь да будут заняты. И эти типы добьются своего: они роются в старых архивах и намерены включить некоторые эпизоды с грёзами, фантастические сцены и не знаю, что ещё, из старого отснятого киноматериала, никогда прежде не бывшего в показе, отходы монтажа фильмов «Касабланка», «Гражданин Кейн» и старых вестернов. Так что они смогут законно поместить в новые заглавные титры имена таких старых звёзд как Богарт и Бэколл, Чарлтон Хестон, Орсон Уэллс, Джон Уэйн, Гленн Форд и Джимми Стюарт.

— Боже, это уж чересчур! — воскликнул Лолор.

— Представляете, как будет выглядеть афиша?! — спросил Хилл. — Это наглый обман, но он сработает. Народ пойдёт на эту мерзость, просто чтобы посмотреть на Чарли Чаплина, Мэрилин Монро, Роберта Де Ниро и Брэда Питта, играющих вместе, а увидит всех этих актёришек, весь фильм пытающихся переиграть друг друга. Само собой разумеется, что эти фильмы получат самых лучших в киноиндустрии, операторов, звукорежиссёров, костюмеров и техников, самых опытных постановщиков и художников по декорациям, мастеров спецэффектов высшей степени сложности, каскадёров и всё, что угодно.

Они уже подыскивают места для наружной съёмки в Колорадо, вокруг Великих озер и в Новой Англии, похожие на Северо-Запад. Конечно, у них хватило ума, чтобы держаться подальше от самой Родины, и они делают всё возможное, чтобы держать проекты в секрете. Уроды знают, как мы ответим. Как будто в этом «аквариуме для золотых рыбок» когда-нибудь что-нибудь можно было утаить! Вот что нас ждёт, соратники, и если мы жестоко не покараем этих мошенников, то в будущем нас ожидает всё больше и больше лжи и грязи, оскорблений и унижений на веки вечные!

— Мы опустим карающий меч на этих тварей, соратники, — сказал Морхаус. — За сто лет мы наелись их дерьма. Хватит! Положим этому конец!

— И кто будет карающей десницей? — нетерпеливо спросил Томми Койл.

— Прости, Том, — сказал Морхаус с искренним сочувствием. — Ты и Гарри с вашими бригадами позарез нужны здесь, и это также относится к вам, командиры батальонов. Боюсь, что причина, по которой вы здесь, именно в том, что мы хотим просить вашей помощи и согласия на то, чтобы «пощипать» ваши подразделения. Сам удар будет спланирован и организован Третьим отделом, но «гвозди» поступят из Портленда и с Северного берега.

— А кто тебе нужен? Жидобои! — засмеялся Чарли Вошберн.

— Нет, мы хотим не просто нахватать людей для ударной группы «Стоп, режиссёр», — успокоил всех Хилл. — У нас есть список имён, и хотелось бы предварительно пройтись с вами по каждому из кандидатов.

— Кто и что точно тебе требуется для этой спецгруппы? — спросил Ханнон. — Какие спецы тебе нужны?

— По этому вопросу я передаю слово моему коллеге. Я уверен, что вы заметили товарища, который за весь вечер не проронил ни слова, — сказал Хилл. — Господа, позвольте мне представить лейтенанта Чарли Рандалла, одного из наших собратьев по расе с другого конца света, который будет ротным командиром ударной группы «Стоп, режиссёр».

Рандалл встал, вышел вперёд и остановился рядом с очагом, наклонившись к каминной доске.

— Добрый денёк, господа, — начал молодой австралиец. — Отдел Три выбрал меня для организации этой весёлой вечеринки, потому что, как вы догадались, я — нездешний, стоило мне открыть рот. И конечно также из-за моей грубоватой, но привлекательной внешности, чтобы все поверили, что я — начинающий актер и могу крутиться среди киношников везде и в любое время. Не говоря уж о том, что моё призвание в жизни — косить жидков, и этим ремеслом я владею охрененно хорошо, если так можно говорить о себе самом.