— «Щекотку»? — переспросил Вошберн.

— Похоже, это словечко придумали ребята для обозначения атак против ЗОГ, — пояснил Доннер. — Понятия не имею, когда так стали говорить, но «щекотка» уже вошла в словарь Добрармии. Теперь, прежде чем любая ячейка Добрармии будет считаться боеготовой, она должна иметь список целей в своём районе ответственности. Я вижу, у вас уже есть готовые списки, и должен сказать, что мне нравится ваша идея об их распространении или размещении на видных местах с перечёркнутыми именами устранённых врагов. Это хорошая мысль и хорошее психологическое оружие, которое будет служить цели удаления этих людей из вашего района ответственности с той же пользой, что и сами убийства.

Тактика Добрармии заключается в том, что в момент начала военных действий в любом районе, мы должны обрушиваться на эти цели, а не сидеть там, любуясь нашими аккуратными списками. Добрармия всегда должна бить, бить и бить! Мы должны держать федералов в растерянности и в неведении, где и когда мы ударим в следующий раз, но они должны понимать, что это будет чертовски скоро. Сейчас они ещё пытаются делать вид, что всё идёт как обычно, и что мы — обыкновенные преступники. Проводят полное изучение места преступления, экспертизу и составляют правовую документацию по каждому случаю нападения.

Мы должны обеспечить чиновников таким числом происшествий, которые до предела затянут обычные процедуры ведения уголовных дел и задержаний, а потом система лопнет от перегрузки, тем самым вынуждая их прибегнуть к грубой силе и государственному терроризму. Помните, что обычные правоохранительные органы в Америке уже настолько завалены обычными преступлениями, связанными с наркотиками, и тысячей и одной проблемой из-за огромного количества людей из Третьего мира, живущих в западном обществе, что во многих областях система едва способна действовать в таких обстоятельствах. Нам нужно, так сказать, наклонить чашу системы, чтобы дела перелились через край. Мы должны бить противника так сильно и часто, чтобы он не выдержал и мог только просто следовать за нами и собирать трупы, которые мы для него оставляем.

— Это мне по нраву, — прорычал Хэтфилд.

— Но всё же установлены некоторые руководящие правила. Несколько очень важных правил, — предостерёг Доннер. — Прежде всего — никаких детей! Красные и жёлтые, чёрные и белые, далеко не все они — ценны пред Господом в будущем. Тем не менее, никогда нельзя намеренно убивать детей, и надо стараться давать задний ход, чтобы случайно не навредить ребенку. Это относится к детям любого цвета.

— Даже к евреям? — спросил Хэтфилд.

— К сожалению, да. Убийцы детей — это худшее из возможных представлений, которое может о нас сложиться в общественном мнении. И одна из тех составляющих, которые могут изменить психологическое равновесие и привести к нашему военному поражению, — твёрдо сказал Доннер.

— А кого считать ребёнком у небелых? — спросил Вошберн.

— До подросткового возраста. Достаточно маленький, чтобы ещё быть привлекательным, — ответил Доннер.

— У гремучих змей детки тоже вырастают в больших змей, — сказал Экстрем. — Те два негра-наркомана, которые… которые кое-что сделали с членом моей семьи, тоже когда-то были милыми маленькими негритятами.

— Это мы с вами понимаем, интендант, — вздохнул Доннер. — Но подавляющее большинство этих бледнолицых дебилов, с разинутым ртом глотающих передачи «Фокс Ньюс», не в состоянии это осознать. И мы должны перевоспитать этих людей или, по крайней мере, нейтрализовать их, а не списывать со счетов и отталкивать. Они могут быть бесполезны сами по себе и для будущего нашей страны, но их гены нужны.

Небелые, как правило, начинают представлять собой угрозу для белого населения в возрасте тринадцати — четырнадцати лет, когда вступают в свою первую банду, выкуривают первую трубку крэка и совершают первую кражу. Если эти небелые достаточно взрослые, с жидкими усишками или заметной грудью, значит, они достаточно выросли, чтобы вредить белым людям, и тогда они — законная добыча. Хотя лично я советовал бы не рисковать, а сосредоточиться на взрослых.

Одним из очевидных исключений будут чёрные или мексиканцы в средней школе, которые не могут отказаться от домогательств к белым девочкам. Мы должны дать ясно понять: с этим дерьмом отныне покончено! Но тех, кто моложе, не трогайте. Вспомните 1963 год, когда Ку-клукс-клан взорвал негритянскую церковь в Бирмингеме, которая была политическим штабом и оперативным центром Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения и евреев, заправлявших так называемым движением за гражданские права? И тех четырёх маленьких чёрных девчонок, которые оказались не в том месте и не в то время? Либералы по-прежнему играют на этом, и тот давний случай стал частью образа, который уничтожил Ку-клукс-клан как серьёзную силу на Юге а, возможно, и позволил всей этой мерзкой системе продержаться следующие три поколения. Мы должны добиться, чтобы у нас на Северо-Западе не случилось никаких бирмингемских церквей.

— Понятно, Ларри, а что с бомбами? — спросил Хэтфилд. — Помнится, одна вещь больше всего вредила Временной ИРА: их кажущаяся неспособность взорвать что-нибудь в Белфасте, не зацепив какую-нибудь несчастную мать с ребёнком в коляске.

— Ну да, эти тупые Пэдди [12] наворотили дерьма вроде расстрела отца на глазах его детей, убийств учителей в классах, полных детишек, и так далее и тому подобное, — с отвращением добавил Доннер. — Чем, ёлки-палки, они думали? Признаюсь, для нас самым жутким кошмаром будет, если какой-нибудь белый ребёнок окажется не в том месте не вовремя и погибнет во время одного из наших взрывов. Думаю, все мы можем представить, какое развлечение на крови устроят СМИ из чего-нибудь подобного.

Это одна из причин, почему в каждой бригаде скоро появится обученный и опытный офицер-взрывотехник с военным или техническим образованием, и специальное подразделение сапёров, занимающееся самодельными взрывными устройствами. И у тебя, Зак, рано или поздно будет своя группа по СВУ. И, если ты ещё будешь отвечать за выбор целей и операции, тебе придётся поддерживать очень тесную связь со своим офицером-взрывотехником и позволить ему и его команде отрабатывать всё в деталях. Применение бомб — это по-своему целая область полувоенных навыков.