Шрифт:
Желтоглазый человек произносил странные слова, которые обрывали незримые нити — благодаря им она и удерживалась в этом теле. Нитей было много, но они лопались одна за другой. Это приносило невероятную боль.
Ей попался очень сильный враг. Упорный и способный, в отличие от многих, которых она успела увидеть, противостоять собственному страху. Она пыталась напугать его, внушить, что усилия напрасны… Без толку. Желтоглазый не уступал. Он мог бы стать ее союзником — если бы не был врагом.
Новая вспышка боли заставила взвыть. Долго ей не продержаться. И уйти достойно, чтобы эти твари поняли, с кем имеют дело, не выйдет. Она связана по рукам и ногам, веревки укреплены с помощью магии. Хотя и без заклятий они бы выдержали — ей досталось очень слабое тело.
Большой двуногий едва не спас ее, когда предложил желтоглазому остановиться. Вот уж кто был напуган по-настоящему. Но его страх имел другую природу: он так и не смог убедить себя, что видел только оболочку Матиса, а не самого мальчика. Ему казалось, что желтоглазый пытает именно ребенка, и был в ужасе.
Он хотел, чтобы ее отвезли куда-то… в какую-то Баумару. Если бы желтоглазый согласился, она бы получила отсрочку, и, быть может, смогла бежать. Но двуногий враг уже понял, как действовать — победа стала вопросом времени: она чувствовала, что связь с этой убогой оболочкой слабеет.
Несколько заклинаний…
Ее словно сжало невидимыми клещами. Сжало и потянуло.
Прочь из этого тела.
Прочь из этого мира…
Глава 17
Матис трясся и исходил едким коричневым дымом. Тот заполнял комнату. Разъедал глаза. Першило в горле, Страд то и дело задерживал дыхание. Сжимал зубы, чтобы не закашляться.
Остальным приходилось не лучше. Староста Тагр дрожал и плакал. Мастер Ладор был напряжен и готов к любой неожиданности.
А Дролл боролся с порождением Червоточины. И побеждал. По крайней мере, так казалось Страду.
«Неужели получится?» — размышлял он. И вдруг поймал себя на том, что не верил в успех. С самого начала, еще когда бьющегося и харкающегося кровью Матиса привязывали к столу.
Но теперь…
Дым густел. Матис перестал трястись — теперь он лишь изредка вздрагивал, с хрипом заглатывая воздух. Дролл водил над телом руками, словно ощупывал нечто невидимое, окружавшее тело мальчика. Словно искал что-то.
И, наконец-то, нашел: руки мракоборца остановились над грудью Матиса. Пальцы сжались, будто Дролл что-то ухватил.
Мальчик заурчал. Оскалился.
Страд напрягся так, что, казалось, мышцы вот-вот разорвутся. Он понял: настал решающий момент. Дролл или победит, или…
Мракоборец вдохнул. Задержал дыхание. А потом снова забормотал заклятья и стал поднимать руки, вцепившись во что-то скрытое от глаз.
Матис завизжал. Голова мальчика моталась, размазывая кровь по столешнице.
«Он поймал ее, — Страд наблюдал за Дроллом с открытым ртом. — Сущность твари из Червоточины. Он касается ее. И вытягивает. Голыми руками…»
Что мракоборец чувствовал при этом? Каково было держать искру жизни чудовища?
Страд не знал. И не хотел знать. Он подумал, что вряд ли когда-нибудь спросит Дролла об этом.
Мракоборец побеждал — теперь в этом не было сомнений. Он поднимал руки, на одном дыхании произнося магические формулы. А Матис будто засыпал, укутанный одеялом из коричневого дыма.
— Прокул эстэ! — выкрикнул Дролл и резко развел руки — словно разорвал нечто невидимое.
В то же мгновение Матис замер, а коричневый дым заметался диким зверем, случайно попавшим в человеческое жилище. Стены вздрогнули от яростного рева.
— Прокул эстэ!
Заклинание подействовало, точно хлыст. Облако дыма устремилось к очагу и исчезло в дымоходе. Погасла добрая половина свечей, комната погрузилась в полумрак.
— Что там?! Что?! — донесся с улицы хриплый крик Трамбра. — Дайте посмотреть! Это мой дом!
Дролл выдохнул и уперся руками в столешницу. Только сейчас Страд заметил, что расставленные по углам стола статуэтки чародеев расплавились — превратились в бесформенные дымящиеся куски янтаря.
— Получилось, — пробормотал мракоборец, опустив голову. — Мы выгнали тварь. И убили. Без тела она не сможет жить.
— Все? — вытирая слезы, спросил староста Тагр.
— Нет. Не все, — Дролл выпрямился. — Попробуем спасти его, — он посмотрел на Матиса. — Искра жизни мальчика пока еще здесь. Возможно, мы сможем вернуть ее в тело. Совершим ритуал возврата.