Легонькие, слабенькие и заторможенные — это им минус жирный, по крайней мере в военном лагере. В нашей текущей профессии физическая мощь — дело отнюдь не последнее.

С другой стороны, ресурсы организма аборигены тратят гораздо экономнее. И в туалет бегают пореже. Не дай бог в какую-нибудь пустыню нас зашлют, я же там могу и копыта отбросить под недоумевающими взглядами товарищей. Мол чего это ты, пяток дней без воды потерпеть не можешь? Да, надо быть поосторожнее с этим.

Но это все из старого и уже давно осмысленного. Из свеженького у нас сюрприз с реальным возрастом окружающих. Хм, Лике-то тоже лет оказывается совсем немного. Я уже в универе учился, когда эта роковая женщина только на свет появилась. Вот, блин.

Зато, наконец, понял, отчего время моего обучения, в том числе на Изнанке, с расчетным не совпадает. Это же у местных мозг открыт к обучению и запоминанию. Всегда поражало с какой скоростью щенята, котята и маленькие дети ухватывают и усваивают новую информацию, я по сравнению с ними замшелый тугодум. Ну и ладно, зато много знающий тугодум.

***

Рекрут Кир, Тропы Надмира

Ушх хмуро стояла рядом со мной, нервно кусая губы. Зрелище и правда пугало и вгоняло в депрессию.

— Ну вот, а ты не хотела возиться.

— Да, я оказалась не права, — чуть не поперхнулся, настолько нетипичной была реакция обычно язвительной богини. Все-таки пробрало ее до печенок.

— Это твое моделирование действительно полезная вещь. Хотя смотреть на результаты больно.

Мда, довел я бедненькую проклятую Темную богиню. А начиналось все несколько ночей назад с моей безобидной просьбы рассказать о текущих раскладах в небесном противостоянии.

***

— Как бы тебе объяснить, — изворачивалась тогда Ушх. В астральном плане наше противоборство обычным человеческим умишком непознаваемо.

— А необычным? — скромно поинтересовался я.

Ушх смерила меня скептичным взглядом, — и необычным непознаваемо.

— Ну тогда переведи на наши понятные термины, — сделал вид, что ни капельки не обиделся.

Темная неожиданно задумалась, — ну давай на понятных тебе образах попробуем.

Вдруг все ухнуло, и я потерял опору под ногами. Секунда паники, и осознал, что земля оказалась где-то далеко внизу. Ушх захлопала в ладоши и, радостно взвизгнув, крутанулась, взметнув тяжелые полы балахона.

— Видел бы ты свое лицо! И ножками так забавно задергал, — Темная продолжала заливисто смеяться, пока я пытался абстрагироваться от ощущения "спрыгнул с девятиэтажки и сейчас приземлюсь". Попробовал воспринимать картинку как 3D фильм. Получилось не очень, но хотя бы сообразил, что уже несколько секунд не дышу — исправился, паника сменилась терпимым дискомфортом. Дрожащие пальцы показывали, что в крови только-только отбушевал адреналин. И я, стараясь не обращать внимания на веселящуюся Ушх (вот немного же ей надо для счастья), попробовал осмотреться.

Светло, хотя солнца нигде и не видно. Пустота вокруг особого интереса не вызвала. Представление затевалось ради того замка, который раскинулся метрах в пяти под ногами. Десятиметровая высота стен и двухметровый рост витязей позволял отлично рассмотреть благородные мужественные лица защитников. Лепота.

Замок был совсем небольшим, метров пятидесяти в поперечнике. Картинка однотипная по всему периметру стен. Двухметровые красавцы вои, в панцирной и кольчужной броне, хм, в Академии у нас такую не носят. С мечами, огромными алебардами и вязанками дротиков, застыв в величественных позах, обороняли стены от штурмующих монстров. Мдя. Ушх, явно гордясь работой, осматривала результаты творчества вместе со мной.

— И чего это такое? — мой вопрос немного нарушил ее самолюбование.

— Ну, это вот представление в понятных тебе образах того, как светлые в астральном плане атакуют сейчас мои чертоги.

— А почему они атакуют в таком виде? И кто, например, вот это? Брезгливо ткнул пальцем в направлении крабообразного полутораметрового мохнатого уродца, нанизанного на двухметровый багор защитника крепости.

— А это паладин Ярра, — неуверенно пробормотала Ушх.

Под моим скептическим взглядом она вдруг зачастила, — ну а чего эти скоты лезут и лезут, сил уж никаких нет, лет двести еще и все, развоплотят.

Вот только истерики мне еще и не хватало.

— Так! Стоп! Давай немного успокоимся! Приобнял фигуру в балахоне, притянул к своему плечу и погладил по тому, в чем угадывалось плечо. Мы чего-нить придумаем, еще посмотрим кто кого развоплощать будет!

Ушх наигранно всхлипнула и тихонько качнула капюшоном. Я вдруг почувствовал, что ко мне прижимается не плечо, а что-то мягкое и округлое, руки привычно скользнули по чужим естественным изгибам, а голова ухнула в туман. Отпрянул и с трудом вернул себе контроль над деревянными руками. Фигура в балахоне заливисто засмеялся и кокетливо крутанулась на месте.