Женщина могла сдать нас ментам в любой момент, и, спрыгнув с колен брата, дрожащими руками подняла с пола свои трусики и лифчик.

– Я поняла, поняла, – ответила она, быстро кивая растрепанными волосами.

– Хорошей ночи, Людмила, и помни мои слова, – сказал вдогонку брат.

Проводница исчезла так же внезапно, как и появилась. Утром мы её не увидели, и, выходя из вагона, и спускаясь на грязный перрон, смеялись с братом и шутили.

Днепропетровск встретил нас солнечной погодой. На огромном вокзале шумела толпа пассажиров, и расталкивая локтями зевак, мы пробирались к выходу.

– Здесь холодней, чем у нас, – заметил брат, застёгивая на все пуговицы коричневую дублёнку.

Я поднял воротник джинсовой куртки «Монтана», и первым выходя на дорогу, заметил зелёный огонёк такси.

– Поехали в гостиницу, там согреемся и свяжемся с продавцом.

Таксист оказался разговорчивым парнем, и быстро доставил нас по месту назначения. Я впервые приехал в Днепр, и с любопытством глазел на большой и красивый город. В гостинице мы сразу завалились спать и проснулись только в обед. Принимая душ, я обдумывал встречу с продавцом. По идее, прокола не должно случиться. Хотя, сомнения имелись, учитывая то, что это наша первая сделка, в чужом городе. Страх присутствовал, не могу сказать, что имея оружие, и неплохую физическую подготовку, ничего не боишься. Это не так. И если кто-то и когда-то вам будет говорить, о бесстрашие, не верьте. Каждый человек боится смерти, ещё больше боится остаться после серьёзной драки, особенно поножовщины – инвалидом. Кому тогда, ты нужен? Никому! И даже если имелась невеста, не каждая согласится до конца жизни нянчиться с инвалидом. Конечно, нельзя всех мерить одной меркой, только, к сожалению, так происходит гораздо чаще, чем наоборот.

Встречу, продавец назначил в центре города в четыре часа вечера. Это немного успокоило, потому, что никто не будет хотя бы из личной безопасности устраивать разборки и стрельбу белым днём. Днепр славился на весь Союз бандитскими бригадами. Наш город по сравнению с ним, был обычной деревушкой, среднего пошиба.

– Так, что завтра домой? – спросил брат, когда мы вышли из ресторана.

– Не спеши брат жить, сам знаешь, нельзя загадывать. Мало ли что, может случиться. Мы в этом городе кто?

– Кто? – спросил брат, с удивлением разглядывая моё лицо, как будто видел впервые в жизни.

– Мы чужаки, приезжие гастролёры, вот кто.

– Брось, я местных пацанов знаю, на зоне с ними баланду хлебал. Нормальные парни! Но пистолет пусть будет у меня.

– Хорошо. Все не могут быть нормальными. Тогда другая жизнь наступит, и не только у нас с тобой. Кто-то всё равно захочет иметь круче тачку, чем у соседа. Денег больше, купаться на Кипре, трахать королеву, а не Зинку, из плечевых.

Мороз крепчал, и ближе к вечеру стали пролетать маленькие снежинки. Мы топали по незнакомому городу, горячо обсуждая с братом жизнь. Встреча, или в простонародье «стрелка», была забита на улице Карла Маркса. Наш партнёр, должен приехать на машине, и ждать возле перекрёстка.

– Может, по сто грамм дёрнем? – предложил брат. – Холодает, и в ноги замёрз.

– Какие сто грамм? Ты, что спятил? Забыл про бабки? Я за них отвечаю головой, бухать будем, когда всё закончится.

Издалека я увидел новенькую машину зелёного цвета, о которой по телефону говорил партнёр. Это была «Мазда-626», последняя модель. Смутили жёлтые номера на кузове, только я не предал им значения.

* * *

В «Мазде-626» сидел водитель, и больше никого не было. Постучав в стекло, я улыбнулся и поздоровался. Водитель нажал на кнопку и стекло опустилось.

– Садитесь назад, я уже торчу здесь минут десять. Нехорошо так, пацаны, заставлять себя ждать. Где учились хорошим манерам?

В голосе водителя слышались металлические нотки. Пятидесяти лет мужчина, с сухим, морщинистым лицом, и ужасной родинкой возле верхней губы. Щетина, узкие, бегающие глаза, говорили о том, что человек явно нервничает. Мне он сразу не понравился, и я ему ничего не ответил. Что-то в манере поведения отталкивало. Брат тоже промолчал. Мы уселись на заднее сиденье машины, и захлопнули дверь. Тут же раздался щелчок, и водитель заблокировал двери. Юра несколько раз дёрнул за ручку, но дверь не открылась. Брат с недоверием покосился вначале на водителя, потом на меня. В машине работала печка, и тёплый воздух приятно согревал после мороза. Слегка вздрогнув, я потёр руки, согреваясь.

– Кого ждём? – спросил Юра у водителя.

Правую руку он запустил в карман дублёнки, где лежал пистолет. Деньги хранились у меня, и я заёрзал на сиденье. Хотелось, как можно скорее всё закончить, и вернуться в гостиницу.

– Бабки при вас?

– При нас, при нас, ты об этом не переживай, – ответил Юра, и продолжил: я второй раз задаю вопрос, кого ждём?

– Ребятки, вы не волнуйтесь, сейчас с минуту на минуту, ребятки подскочат, а там и решим вашу проблему. Успокойтесь, не стоит нервничать.

Я закрыл глаза и подумал про свою девушку. Где она сейчас? Чем занимается? Сердце разъедала тоска, непонятные сомнения терзали душу. Возникшая ситуация не очень нравилась. Нужно было схватить брата за руку, вытащить из машины, и бежать как можно дальше. Щелчок в дверях заставил вздрогнуть и открыть глаза. К нам с двух сторон подсели два огромных амбала и плотно зажали. Мы с братом оказались в тисках, и не могли пошевелиться.

– Ребятушки, шуметь не стоит, гоните бабки и проваливайте, – сказал в кожаной куртке амбал, и с омерзением в голосе хихикнул.