В общем, ребятам пришлось прятаться от нее и по мере возможности скрывать свой роман. Хотя какой там роман — всё было целомудренно, невинно и довольно неспешно. Иногда они ходили вместе в кино, иногда держались за руки и целовались в парке на лавочке. Иногда Оля приходила поддержать Артура на соревнованиях по плаванию, а потом допоздна писала за него курсовые — ему же бедному некогда, да и устал он, наверное.

Не то, чтобы Оля его безумно любила. Но Артур ей нравился. И даже очень. Но больше всего в этом парне Алексеева ценила тот факт, что он был первым, кто заинтересовался ею, как женщиной. И дело было не в том, что он не замечал ее внешних изъянов, нет — иногда он подолгу рассматривал пятна на ее лице и задумчиво хмурил брови. Просто Артур реально ее хотел, даже несмотря на эти косметические дефекты.

Сначала он постоянно инициировал попытки уединиться где-нибудь на квартире у его друзей или приглашал Алексееву к себе домой. Он нежно целовал ее, гладил, пару раз даже пытался раздеть, но Оля не хотела торопиться. Она хотела, чтобы всё развивалось постепенно. Ей хотелось, чтобы предчувствие того, что наступил подходящий момент, пришло к ней само. И Артур понимающе кивал и соглашался ждать, когда девушка захочет этого сама.

И это его понимание Ольга ценила еще больше.

Вот это настоящие отношения. Вот это высокие чувства. И пусть никто в их группе, кроме Мануш, не верил в то, что спортсмен искренне любит серую мышь Алексееву, сама Оля твердо знала — он истинный рыцарь ее сердца. Верный и готовый ждать столько, сколько потребуется.

Как выяснилось позже: ждать Артурчик мог вечно, потому что сладострастная Мануш с лихвой удовлетворяла любые его прихоти. И если бы Оля однажды не забыла учебник в комнате подруги и не вернулась за ним, то, наверное, никогда бы не узнала о том, как оба близких человека старательно заботились о ее душевном покое.

Дорогая подруга делала всё, чтобы парень Алексеевой не приставал к своей девушке с просьбой о близости — Мануш выполняла план чуть ли не за троих. А сам Артурчик пахал на ней так, чтобы сил не оставалось ни на что, кроме долбаного бассейна.

Заслышав сдавленные стоны за дверью, Оля улыбнулась и хотела уйти, чтобы не мешать любовным утехам подруги. Но вдруг услышала знакомый голос. Голос того, кто должен был быть сейчас в спортивном комплексе при университете и тренировать там совсем другие мышцы. Голос того, кого она целовала, кому верила и кому совсем скоро планировала подарить всю себя. Голос ее Артура.

Рука сама сжала дверную ручку и толкнула дверь. Та отворилась со скрипом. С противным скрипом, с которым разбивается сердце и ломается вдребезги душа. Они сношались, как кролики: противные, торопливые и неприлично потные. Мерзко ерзающие и переплетающиеся друг с другом на узкой койке предатели. Лучшая подруга и любимый человек.

Наконец, они ее заметили. Мануш низко охнула, отстраняясь от парня и прикрывая пышные груди. Артур побледнел и вытаращил на Олю глаза. На негнущихся ногах Алексеева попятилась назад. Дальше она мало что помнила: разве что лихорадочно натягивающего трусы на еще стоящий член Артура и размахивающую руками и пытающуюся прикрыть свою наготу Мануш, зачем-то кричащую ей вдогонку:

— Это все ради тебя! Ты потом поймешь!

Оля не хотела понимать. Она хотела умереть.

Забыть всё. Уснуть, проснуться и понять, что всё это было лишь дурным сном. Она не знала, как ей поступить. Отомстить или простить? Сделать вид, что они умерли для нее, или продолжать общаться, как ни в чем не бывало, и пожелать им счастья. А еще она не знала, кто был во всем виноват. Может, она сама? Или ее чертова девственность, с которой она зачем-то носилась, как с писаной торбой.

Ведь если бы она допустила Артура к своему телу, то ему незачем было бы ходить к Мануш, чтобы удовлетворить свою похоть? Ведь так? К сожалению, она в этом до конца не была уверена. Но идея избавиться от своего маленького недостатка, чтобы почувствовать облегчение, засела тогда противной занозой в ее мозгу.

Первым делом, вернувшись домой, Ольга собрала вещи и ушла из дома. В никуда. В буквальном смысле. И если бы не троечница Лилька Зуфарова, которая застала ее рыдающей в углу университетской библиотеки, приспособленном старшекурсниками для тайных обжиманий, то неизвестно, куда бы Алексеева пошла на ночь глядя.

Лиля привела ее в однушку, которую сдавала бабушка-соседка, любившая проводить круглый год на своей даче. Она помогла Оле прибраться там, разложить свои вещи, выслушала ее под рюмку горькой настойки и с удивлением обнаружила, что зареванная отличница с пары глотков стала невероятно разговорчивой, а затем вдруг… отрубилась прямо лицом на столе.

Да, в первые дни отчаявшейся Алексеевой пришлось нелегко. Мило воркующие на последней парте бывшие парень и лучшая подруга делали каждый ее день в университете невыносимым. А после занятий она возвращалась в пустую квартиру, выла белугой и долго пыталась уснуть. Одиночество превращало ее ночи в бесконечность.

А потом она решила стать сильнее и все изменить. Подошла к одному из одногруппников-ботаников с волевым предложением заняться с ней сексом. Тот испугался и… убежал. Потом был симпатичный приятель Лильки, который отважно согласился ее дефлорировать, но напился и уснул. И апогеем борьбы с девственностью стал какой-то блондин из клуба, который пытаясь надеть презерватив в узкой кабинке туалета, вдруг закричал, что уронил в унитаз обручальное кольцо.

Тогда-то девушка и решилась завести аккаунт в приложении для знакомств. Это было глупо и опасно. Но это было именно тем, чего она сейчас так жаждала — быть безрассудной и побыстрее избавиться от того, что ей напоминало об отношениях с предателем Артуром. От треклятой девственности.