вкусным и мягким. Вдруг мои зубы наткнулись на что-то твердое. Я вытащил

изо рта винт.

– Наверное этот кролик, - высказал я предположение, - был неудачным

штангенциркулем?

– Да что вы!
– Петлис осмотрел находку, нахмурился и произнес задумчиво.

Мы ученые, мы подопытных не едим. Это наши раздолбаи повара... насыпали в

блюдо металлолома...
– Эдуард Витольдович неожиданно громко воскликнул,

Повара сюда!
– и врезал кулаком по столу так, что тарелки подпрыгнули, а

вилки и ложки посыпались на пол.

Савинков посмотрел под стол и сказал:

– Придет женщина, - он поднял с пола ложку.
– Народная примета.

Но вместо женщины, подбежал повар мужского пола с половником в одной и

перцем в другой руке.

– Кто сегодня работает?
– строго спросил научный сотрудник.

– Я работаю, Эдуард Витольдович.

– Кто я?
– Петлис поднял голову и посмотрел на повара глазами полными

ненависти к людям, халатно относящимся к своим обязанностям.

– Сарделькин Михаил Юрьевич.

– Не понял!

Повар Сарделькин поправил на голове колпак, положил на стол половник,

сунул перчик в нагрудный карман, подтянул живот, поднял подбородок и

сказал:

– Шеф-повар шестой смены Сарделькин Михаил Юрьевич пятьдесят четвертого

года рождения!

Петлис постучал ложечкой по стакану компота:

– Шеф-повар шестой смены Сарделькин Михаил Юрьевич пятьдесят четвертого

года рождения, с сегодняшнего дня вы уволены. Попрошу вас сдать колпак

начальнику охраны Савинкову.

– За что, Эдуард Витольдович?
– повар покраснел.

– За вот это, - Петлис показал винт.

Сарделькин задрожал.

– Пошел вон, мерзавец!

– ... Строго у вас здесь, - сказал я, когда сгорбленная спина Сарделькина

скрылась за дверью кухни.

– Это научное учреждение, а не штаб фашистов, - ответил Петлис. Еще бы

не строго! Сегодня он вам винт в кролика подложил, а завтра насыплет

тринитротолуол.

– А вместо компота нальет серной кислоты, - подхватил Савинков, засасывая

макаронину.

– Мы от таких сотрудников избавляемся немедленно.
– Петлис щелкнул

пальцами.

– Шеф-повар ошибается только один раз,- Савинков ухмыльнулся.

Я подумал - наверное, это правильно, что в таких серьезных учреждениях

недопустимо разгильдяйство, потому что из мелких просчетов вырастают

крупные неприятности. Мне кажется, что только так и нужно поступать, чтобы

во всем был порядок. Если бы все были так же строги и беспощадны к мелким

просчетам, мы бы уже давно жили по-другому...

Так закончилось мое посещение научно-исследовательской лаборатории ZZZ, в

которой проводятся такие интересные исследования. Исследования

продолжаются, мы постараемся держать наших читателей в курсе событий.

Ждите новых репортажей из лаборатории ZZZ.

Денис Назаров"

Он не только писать не умеет, но у него и мысли-то все какие-то

примитивные!

Я скомкал газету и кинул в собаку. Собака подпрыгнула, вцепилась в газету

зубами и стала ее рвать, болтая головой.

– Давай-давай, рви!
– сказал я.
– Были бы у меня винты, как у Сарделькина,

я бы тебе насыпал их полный рот, псина!

Собака выплюнула бумагу и легла под дерево.

4

Что бы такого придумать, - подумал я, - чтобы отвлечь эту тварь? Хоть бы

кошка мимо пробежала... Я порылся в карманах. Не знаю, чего уж я хотел там

найти, но моя рука наткнулась на связку ключей, и все остальное я сделал

автоматически. Я вытащил ключи и зашвырнул их далеко в клумбу. Собака

рванулась за ними. Я быстро соскочил вниз и перебежал на другое дерево

поближе к дому. Собака клацнула зубами рядом с моей ногой, когда я уже был

на ветке. Я отдышался и похвалил себя за находчивость. Отдышавшись, я

полез в карман пиджака, вытащил мобильный телефон и швырнул его в кусты.

Собака бросила ключи и побежала к телефону. Я соскочил с дерева, подхватил

ключи и перебежал на дерево еще ближе к дому. Доберман разгрыз телефон

пополам и вернулся. Из пасти у него торчали разноцветные проводки. Я вдруг