дистанционного управления. К счастью, у меня в кармане остался пульт от

такси.

Через щелку в заборе Нина показала мне, где установлены камеры, а я

вычислил место, которое не перекрывается секторами обозрения камер.

– Здесь мы перелезем через забор, - я хлопнул ладонью по доскам.

Нина пожала плечами:

– Я не умею лазить через заборы... Я обязательно порву чулки.

– Посмотри на свои ноги, - сказал я ей.
– Хочу тебе сказать, что свои

чулки ты уже давно порвала... Я тебя подсажу.

– Я не полезу, - заупрямилась Нина.

– Если не полезешь, мне придется тебя связать и приклеить к забору, чтобы

ты не сбежала. А я не уверен, что пока я буду разбираться с твоим мужем,

тебе никто не перережет горло!

– Хорошо, - согласилась Нина, - ты не оставляешь мне права выбора.

– Если бы была моя воля, я бы у женщин все права отобрал! Права им только

мешают. Они в них путаются. Они их путают, в том числе, со своими

обязанностями.

– Ты зануда.

– Я не зануда! Я настойчивый и последовательный!

102

Я подсадил Нину на забор и перелез тоже. Мы спрыгнули за кусты красной

смородины. Одной рукой я направил пульт на видеокамеру, другой рукой

вытащил пистолет. И мы двинулись к дому. Пока мой пульт держит камеру на

прицеле, можно ее не опасаться.

Мы добрались до дома и вплотную приблизились к двери.

– Открывай, - шепнул я Нине.

Нина открыла дверь и отступила, пропуская меня внутрь.

Я поднял пистолет и шагнул в темную прихожую. Сейчас разберемся, подумал

я.

Что-то тяжелое стукнуло меня по затылку и тут же на меня вылилась холодная

вода, я полетел куда-то вниз, ударился обо что-то головой и отключился...

103

Я очнулся, открыл глаза и ничего вокруг не увидел. Было совершенно темно.

Пришла страшная мысль - я повредил себе глаза и ослеп... Я пощупал руками

под собой и передернулся - я лежал на сырой земле по которой ползали

мокрицы. Пришла вторая страшная мысль - я умер и лежу в могиле... По-моему,

у меня на лбу сидела лягушка. Но я не видел ее тоже. Я стукнул себя по лбу

рукой, но лягушка успела отпрыгнуть, оттолкнувшись от меня мокрыми ногами.

Вероятно, лягушки в темноте видят лучше, чем люди и знают, куда им

прыгать. Я осторожно приподнялся и сел. У меня болели голова и шея. Руки и

ноги болели еще больше... Нужно понять где я, а потом подумать, что

случилось... Я пощупал руками вокруг, но ничего не нащупал. Руки

проваливались в пустоту. Я встал на ноги, подняв руку, чтобы предохранить

голову от случайного столкновения с невидимыми твердыми плоскостями. Мне

удалось встать без осложнения. Хорошо. Теперь попробуем сделать шаг в

сторону. Я сделал шаг направо и наткнулся на мокрую стену. Я пошел вдоль

стены, считая шаги. С помощью этого нехитрого метода, я выяснил, что

нахожусь в квадратном помещении, площадью два квадратных метра. Теперь,

когда я выяснил кое-что о пространстве, не мешало бы выяснить кое-что и о

времени. Но из-за потери сознания, на этот вопрос я ответить не мог. А

поэтому - черт с ним! Лучше я выясню вопрос о методах самообороны. Я сунул

руку в карман - пистолет лежал на месте. А второй пистолет должен лежать

где-то здесь, потому что я с ним вместе упал. Я присел на корточки и стал

ощупывать под ногами. Сначала я нашел пульт от такси, а уже потом

пистолет.

Теперь пораскинем мозгами. Судя по всему, я попал в ловушку, которую мне

расставил Савинков... А Нина, возможно, помогла меня в нее заманить. У меня

нет к ней никакой веры! Один раз она уже зарекомендовала себя, как

предатель.

Вдруг я услышал за спиной чье-то дыхание. Нельзя сказать, что я испугался,

но мне стало неприятно. Я потянулся к карману, где лежал пистолет и

повернулся на сто восемьдесят градусов.

104

– Пистолет тебе не поможет! Ха-ха-ха!
– раздался из темноты противный

надтреснутый голос.

– Кто ты?!
– крикнул я.

– Я тот, кто тебя поймал.

– Не говори загадками, а то я буду стрелять!