— Паста с лососем. И апельсиновый сок.

— Спасибо, малыш. — подмигиваю ему. Кажется, стоит прислушаться.

После долгого ужина в процессе которого Хейден раз десять встает, чтобы сделать селфи в восторженными фанатами, а я съедаю тарелку пасты и выпиваю литр свежевыжатого сока, мы, наконец, покидаем ресторан.

— Телефон держи рядом, Котенок. — распоряжается, когда мы доходим до двери моего номера. — Завтра в восемь утра выезжаем к месту проведения тренировочных заездов.

Кивнув в знак согласия, говорю «Спокойной ночи» Майклу и скрываюсь в номере. Это просто курорт какой-то, потому что дома мне редко удается поспать даже до семи. Обычно Кэрри просыпается в половине шестого и просит приготовить ей тосты.

Переодевшись в уютную пижамку с котятами(вот незадача), залезаю под одеяло в блаженно вжимаюсь в подушку. Идеально. Закрываю глаза и начинаю считать до ста, как привыкла делать с детства, и постепенно проваливаюсь в сон.

Из уютного небытия меня выдергивает настойчивый звук телефонной вибрации. Нащупываю его на подушке и, не открывая глаз, хриплю «Алло».

— Жду у себя в номере через минуту, Котенок. — бросает грубый голос и тут же отключается.

Секунд тридцать я прихожу в себя, после чего машинально натягиваю на себя халат и топаю в соседний номер.

Хейден распахивает дверь, моментально заставляя чувствовать себя неуютно: я похожа на махровый кокон, а он же выглядит так, словно собирается на съемки рекламы: белая рубашка, модные брюки и небрежная укладка.

— Мне нужно отлучиться на несколько часов, а ты побудь с Майклом. Он спит в дальней комнате.

— А вы куда? — спрашиваю, прежде чем успеваю осечь свое любопытство.

Ответом мне становится кривая усмешка.

— Из нас двоих лишь у тебя двухмесячный обет целомудрия, Котенок. Можешь лечь на диване. И надеюсь ты не из тех, кто ворует футболки и нижнее белье.

А это идея. Интересно, сколько за его нестиранные боксеры дадут на ибей.

— Удачно потрахаться, сэр. — бормочу еле слышно. Но оказывается, у звезды острый слух, потому что в ответ мне летит насмешливое «Спасибо».

Аврора

Меня будят желание пИсать и стойкое ощущение, что меня разглядывают. Открываю глаза и чуть не визжу от испуга, от того, что встречаюсь с изучающим взглядом сверху. Охотник за вагинами и его неугомонный прибор вернулись с прогулки.

— У тебя и, правда, нездоровая привязанность к кошкам. — комментирует Хейден, скользя глазами по моим бедрам. Черт, похоже от жары я скинула халат и теперь мои милые пижамные шорты находятся под язвительным обстрелом.

Сажусь на диван и вдеваю ноги в гостиничные тапки. Майкл спит, блудный отец вернулся, а значит, я могу идти досыпать к себе в номер. Нащупав рукой, мобильный смотрю на часы. Половина третьего ночи.

— Вы что же натра… — вовремя проглотив непристойность, заканчиваю: — То есть, вы так быстро вернулись, сэр.

— Быстро? — раздраженно бросает звездуля, чиркая взглядом по декольте моей хлопковой майки. Быстро отводит глаза, но через секунду смотрит туда снова. Повторяет это еще один раз, а затем еще один. Одним словом, начинает бесцеремонно пялится на мою грудь. — Да я ушел в одиннадцать.

Ох, кто-то снова переживает за репутацию своего оловянного солдатика.

Сочувственно поджимаю губы, выдерживая многозначительное молчание. Иногда действеннее дать оппоненту додумать гадость самому.

— Ну раз я вам больше не нужна, — запахиваю халат и поднимаюсь на ноги. — я вернусь к себе в номер.

— Не проспи, Котенок, — бросает Хейден и начинает беззастенчиво расстегивать ремень на поясе брюк. — Опоздаешь — выпорю.

Проклиная свое чересчур живое воображение, прячу глаза в пол и, едва не спотыкаясь, семеню к выходу. Кажется, я слышу, как говнюк довольно смеется себе под нос.

************

Хейден

— Ничего себе такие бампера у девки. — говорит Джонни, мой старший механик, обгладывая глазами зад Котенка, упакованный в тесные джинсовые шорты.

— Я тебе не за разглядывание задниц плачу. — напоминаю ему. — Отрегулировали сцепление?

— Обижаешь, друг. Работает как часы.

— Тогда проверь еще раз тормоза.

— Уже сделано.

— Ну тогда проверь еще что-нибудь. Роб уже на месте?

Роберт мой штурман и близкий друг. Ему я верю беспрекословно, но по-другому в нашем спорте и быть не может. Если между штурманом и пилотом нет взаимопонимания и доверия, то ни облегченный капот, ни увеличенная дроссельная заслонка не спасут тебя от поражения.

— Уже полчаса как бродит где-то по территории.

— Ладно, найду его позже. Так что ты хотел мне рассказать?