Он надеялся, что парни в гараже не станут докапываться.

Это ничего не изменит, но хотелось бы, чтобы хотя бы отчасти отношения с Ником протекали безболезненно. Не хотелось бы терять людей из-за того, что не должно иметь значения. Кому какое дело, кого он любил?

Когда он вошел в мастерскую, все молча работали с байками. Брюс тоже вернулся к работе, время от времени чувствуя на себе взгляды. Он бы обернулся, но тот, кто на него смотрел, тут же отвел бы глаза.

Спустя примерно час тишины Брюс потерял терпение и поднялся.

— Ладно, давайте выговоримся. Если кого-то что-то не устраивает, то, во-первых, идите на хер, а во-вторых, я хочу услышать об этом прямо сейчас. Мы выложим карты на стол и закроем эту тему. Ник мой парень. Точка.

— Меня все устраивает. Мне насрать, с кем ты встречаешься или не встречаешься. Неожиданно, конечно, но в общем-то без разницы. Мой шестигранник у тебя? — спросил Тим.

— У меня есть свой шестигранник, придурок. Твой мне не нужен. — Брюс улыбнулся, признательный за то, что Тим не делал из мухи слона.

— Тогда завали и не мешай работать.

— Меня тоже устраивает, — сказал Чак, один из частично занятых работников. — Похоже, ты оторвал себе неплохую подружку. Он и готовит, и обед на работу привозит. Так и знал, что люди брешут. В однополых отношениях всегда один женщина, а второй мужчина. Готов поспорить, у него не болит голова, когда тебе хочется его трахнуть. — Чак засмеялся, и внутри у Брюса все оцепенело.

— Что за хрень ты только что вякнул? — Горло сдавило настолько, что он с трудом произнес эти слова.

— Жесть, Чак, — донесся голос Тима.

— Что? — отозвался Чак. — Только не говори, что вы об этом не думали. А ты, — посмотрел он на Брюса, — не говори, что все не так. Хотелось бы, чтобы девушка привозила мне обеды на работу.

Брюс сообразил, что пошевелился, только когда прижал Чака к стене и надавил предплечьем ему на горло.

— Брюс, — позвал Тим.

— Отвали, Тим. Мы сами разберемся. — Он сильнее надавил на горло. — Ты ни хрена про него не знаешь. Не смей так про него говорить, усек? Принимающий всегда смелее дающего. И вот что я тебе скажу: я схожу с ума по его члену. Ник — мужчина с головы до ног. Уж точно мужественнее тебя, мудак.

Брюса отволокли. Чак схватился за шею.

— Какого фига? Я просто глумился. Не со зла.

В груди болело, дышал Брюс тяжело. Отчасти он понимал, что Чак гребаный идиот и обидеть не хотел, но это не меняло его отношения. Брюс надерет сукиному сыну зад, если он еще хоть что-то ляпнет про Ника.

Но в глубине души он знал, что все дело в нем самом и его бзиках. Брюс Нику даже в подметки не годился.

Глава 35

Ник догадался, что с Брюсом творилось нечто неладное, в ту же секунду, когда он вернулся с работы, а по пути к родителям это становилось все заметнее.

— Лучше б мы поехали на байке. Мне нужен байк, — сидя на пассажирском кресле, сказал Брюс, как только они завернули к дому.

Эта реплика явно предназначалась Нику, потому что Ник отказывался ездить на проклятой махине.

— Я мог бы поехать на машине, а ты — на байке.

— Ага, круто бы смотрелось. Мы пытаемся произвести хорошее впечатление на мою семью. Мы живем по соседству и приехали порознь — это бы очень помогло в нашей ситуации. Мы не смогли определиться, на чем ехать, ма, поэтому пригнали по отдельности.

Двигатель Ник не глушил. Чтобы унять разочарование, он мысленно считал в обратную сторону от пяти.

— Не знал, что цель сегодняшнего вечера — произвести хорошее впечатление. Думал, мы просто проведем время с твоей семьей и докажем, что небезразличны друг другу.

— Докажем тем, что не можем договориться, на чем ехать?

— Получается, весь вечер мы будем рисоваться перед твоей родней? Хоть предупреди, вдруг надо сделать вид, что мне нравится в тебе что-то конкретное, или я должен соглашаться с каждым твоим словом? Люблю быть в курсе.

— Можно подумать, ты вел бы себя иначе, если б мы собирались к тебе домой. Мои родители знают, Ник. Твоя мать — нет.

Ник опустился на подголовник. Он все понимал. Они были на грани. Они заявили об отношениях у Брюса на работе, сегодня проведут вечер с семьей Брюса, а в понедельник — с матерью Ника. На них много всего навалилось. Но перепалки сводили его с ума.

— Не так давно я развелся с женой, с которой часто ругался, Брюс. Я не хочу ругаться с тобой. Если тебе есть что сказать, говори. Если я сделал что-то не так, скажи. Если все происходит слишком быстро, скажи. Может, мне уехать? Может, еще очень рано?