— Ну а в нас дедового наследия только четверть, поэтому мы не такие страшные, — оказалось, Зак тоже поравнялся с ними, поняла девушка, когда услышала его голос слева.

— Не поверю, пока не увижу, — заявила она, блеснув глазами в ответ. Кончики губ подрагивали в едва сдерживаемой хитрой улыбке.

В ответ раздались одобрительные смешки от мужчин. Даже суровый дан немного смягчился.

— Вот это уже другое дело, а то дрожишь как зайчонок пуганый, — услышала от Каса.

— У-у-у-у, лакомый зайчонок, — протянул Зак, сверкая удлинившимися клыками в коварной ухмылке и плотоядно облизываясь.

— Ой боюсь-боюсь, — изобразила испуг Рисса, чтоб тут же рассмеяться, пожалуй, впервые с тех пор, как покинула родной дворец.

Трое оборотней даже заслушались, так чарующе и нежно звучал её искренний смех. Девушка же даже не замечала, какими глазами на неё смотрят мужчины.

— Простите, это, кажется, нервное, — она ещё пару раз хмыкнула и всё-таки взяла себя в руки. Поймала на себе изучающий взгляд от дана и невольно смутилась.

— Ничего. Я рад, что ваш испуг прошёл, принцесса, — мужчина мягко улыбнулся — Мне хотелось бы задать вам несколько вопросов, если вы не возражаете.

Рисса догадывалась о чём будут эти вопросы. Улыбка растаяла сама собой, и она хмуро кивнула.

— Я постараюсь ответить на них, дан.

— Мне жаль, что я заставляю вас возвращаться к болезненным воспоминаниям, дитя, но мне нужно сложить общую картину происходящего, — извиняющимся тоном произнес мужчина. — Расскажите мне всё с начала.

Потом принцесса будет удивляться своей откровенности, но сейчас она действительно всё рассказала. Дан Айсар задавал вопросы мягким сочувствующим тоном, и что-то такое было в его интонациях, что ей хотелось ему довериться и она говорила, говорила, пока голос не охрип. Обо всём, что случилось перед смертью родителей, об эпидемии, о гибели отца и о маме, об отъезде из Бастэны и о нападении на отряд, об ищейке и всём остальном. Она вспоминала такие подробности, что сама себе удивлялась, а когда наконец выговорилась ещё некоторое время ехала оглушённая. Боль пришла тоже, но уже не такая сокрушительная. Навернувшиеся на глаза слёзы так и не пролились, заставив её поверить, что ей таки становиться легче. Она продолжает жить. несмотря ни на что.

— Скажите, принцесса. А примет ли Источник другого короля, не потомка вашего рода?

— Мне всегда говорили, что лишь наша кровь может принять и обуздать его силу. А почему вы спрашиваете?

— Просто размышляю. Это в принципе то, что и мне известно, только хотел уточнить. Насколько я знаю, Источник, это мощнейший артефакт, дарованный богами вашему предку и завязанный на кровь вашего рода.

— Артефакт? — непонимающе уставилась Рисса на собеседника.

— Ну его можно и так назвать. Вопрос в другом. Если Источник не примет другого правителя, на что рассчитывают заговорщики?

Принцесса в недоумении хлопнула глазами. Открыла рот, порываясь что-то сказать, потом закрыла, так и не найдя слов. А ведь действительно. Именно они с братом были последними наследниками рода, рождёнными правящей королевой, с рождения принявшие в себя крупицы силы Источника. Если их не станет, кто же тогда сможет принять власть?

— Мне ничего не известно о других наследниках. Я с детства привыкла считать, что мы с братом единственные.

— Но ведь теоретически возможно, что есть ещё кто-то. Скажем, рождённый вне брака, — осторожно заметил княжеский советник.

— Мама была верна отцу! — резко бросила Рисса, неспособная даже допустить мысль о подобной возможности. Это немыслимо! Кощунственно! Ужасно! — Да и как она могла бы скрыть внебрачного ребенка, беременность?

— Несомненно, для правящей королевы это затруднительно, — примиряюще улыбнулся дан Айсар. — И я ни в коем случае не намекаю на вашу мать. Но ведь ваш дед был мужчиной и насколько мне известно, не чурался женского общества.

— Я ничего такого не знаю, — сухо ответила, раздосадованная и, что уж скрывать, смущенная данным разговором, принцесса.

— Тут ничего удивительного нет. Внебрачные связи — это не то, о чём будут просвещать юную девушку.

Ей было неприятно думать в таком ключе о своей семье. Но мысль уже зацепила, и принцесса поневоле пыталась вспомнить всё, что знала о покойном короле Вэлиаре. Мама рассказывала о нём немногое и у принцессы сложилось впечатление, что они были не очень близки.

— Это всего лишь домыслы, — она постаралась говорить ровным спокойным тоном, не выдавая внутреннего смятения. Как бы ни неприятен был ей этот разговор, Рисса не могла не признать, что благодарна за откровенность.

— Несомненно, ваше высочество, — скупо дёрнул губами её собеседник, не став больше развивать данную тему.

Конечно, по здравом размышлении, она понимала, что такая вероятность действительно была возможна. Если существует ещё хотя бы один наследник королевского рода Вестории, тогда действия неизвестных заговорщиков приобретают хоть какой-нибудь смысл. Но это всё равно не укладывалось у неё в голове. Зачем нужна была эпидемия, унесшая столько жизней? Неужели только для того, чтобы толкнуть королеву за грань? И кто в конце концов это может быть? В таких размышлениях она даже не замечала воцарившееся молчание. Устав крутить всё это в голове, девушка решила отвлечься.