— А не боишься? — неожиданно серьезно посмотрел Стрегон.

Белка насмешливо хмыкнула:

— Я-то? Нет, братишка, я больше ничего не боюсь. Разве того, что Таррэн когда-нибудь наступит мне на некстати отросший хвост. Все самое плохое, как мне кажется, с нами уже случилось. А дальше остается лишь смотреть в будущее, ломать голову над тем, как сладить с незнакомыми драконами, искать им молодых дракониц и… наслаждаться жизнью, конечно. Чего еще можно пожелать в моем положении?

— В каком еще положении? — насторожился охотник.

— Не в том, о котором ты подумал, — усмехнулась она. — Но пока Таррэна нет, могу пообещать, что на достигнутом останавливаться не собираюсь.

— Еще одно видение? — хитро прищурился он.

— Не одно, — преувеличенно тяжело вздохнула Белка, хотя ее глаза озорно блестели, а улыбка на губах играла такая, что Стрегон даже пожалел, что рядом никого нет.

Эх, если бы кровный брат сейчас это увидел…

— Увидит, — загадочно улыбнулась Гончая, зачем-то поворачиваясь к перилам спиной и с нежностью всматриваясь в темнеющие неподалеку садовые кущи.

У Стрегона дрогнули ноздри, улавливая слабые ароматы леса, но потом его губы расползлись в понимающей усмешке. Поняв, что к чему, он лихо подмигнул недавно обретенной сестренке, лукаво покосился на деревья, беззвучно шепнул: «Доброй охоты, брат», — и, посмеиваясь про себя, поспешил покинуть террасу, на которой, как ему показалось, скоро станет очень и очень жарко.