Шрифт:
— Это от наркотика. Всего пару минут назад ты танцевала.
— Отморозки. Мне стоило предвидеть подобное. Эта вечеринка была слишком хорошей, чтобы быть правдой.
— Знаю. А еще там было слишком много парней постарше. И чересчур выпивки, что казалось подозрительным.
— Вот-вот. — Лесли пытается ударить кулачком о мой кулак, но промахивается. — Спасибо… — она поднимает на меня глаза, — за то, что всегда рядом.
— Конечно. Для этого и нужны друзья, так ведь?
— Чтобы останавливать друг друга от пьяного угара. — Она закидывает руку мне на плечи и обнимает. — Чтобы останавливать меня от того, чтобы меня не поимел в фургоне какой-то парень, которого я даже не знаю. Или что похуже.
Я ничего не отвечаю. Только хватаю ее за руку и крепко обнимаю, потому что сейчас это единственное правильное решение.
— Ты сейчас раздавишь меня своими сиськами, — хрипит Лесли, закашлявшись.
Я смеюсь и отпускаю ее.
— Извини.
Она поворачивается ко мне и пожирает глазами, как чокнутая.
— В них сила.
— Сила в алкоголя запахе, — сдавленно хихикаю я.
— Заткнись, Йода (прим. пер. — герой «Звездных войн», отличительной чертой которого было переставлять слова в предложении местами, не теряя при этом смысла).
Я пожимаю плечами.
— Начала ты это сама.
— Хейли… я — отец твой.
Толкаю ее в бок.
— Прекрати.
Она хохочет.
— Прекратить не в силах я.
— Задрот.
— Говорит девушка с рыжими волосами и в трусы с радугой. — Лесли смеется надо мной до того громко, что чуть не давится воздухом.
— Я годами их не носила! — отвечаю я.
— Не могу… забыть. — Клянусь, она сейчас ласты склеит от смеха.
— Ага, сейчас ты ржешь. Но как только уснешь, я надену их на твою задницу.
— Не посмеешь. — Подруга прищуривает глаза, глядя на меня.
— О, еще как посмею…
Мне так хочется это провернуть, что, думаю, осуществлю это дельце сегодня, когда она менее всего ожидает.
А потом нарисую ей на лице член, чтобы мало не казалось.
* * *
На следующее утро
Открываю глаза с ощущением, словно в них кто-то насыпал песка, но четко вижу яркий солнечный свет, пробивающийся через окно. Странно… обычно, когда я просыпаюсь на уроки, столько света не бывает.
Уроки.
Блядь.
Я подскакиваю на постели и хватаю будильник… время на котором я забыла выставить.
— Блядь! — визжу я.
— Хнмммггррр. — Стон Лесли заставляет меня повернуть голову, чего мне не стоило делать, потому как рядом с ее кроватью стоит ведро с рвотой.
— Ну зашибись, — бурчу я, выпрыгивая из кровати.
— Что ты делаешь? — ворчит Лесли.
— У меня урок, — бросаю я, собирая одежду с пола, и только тогда замечаю, что на мне до сих пор вчерашний наряд. Очевидно, я так и не сняла свое красное платье и прямо в нем улеглась спать.
По-видимому, в первую очередь мне хотелось позаботиться о Лесли.
Мне пришлось держать ее волосы полночи, пока она обнимала унитаз.
Зрелище не самое приятное, и вспоминать об этом желания нет. Процесс занял большую часть ночи. Я просто рада нашему везению в том, что в нашем распоряжении оказалась личная ванная, так что больше никому не пришлось становиться свидетелем ночного ужаса. Когда я наконец-то довела Лесли до ее постели и залезла в собственную, я, наверное, забыла выставить будильник.
Блядь.
Из головы совершенно вылетело, что сегодня учебный день.
В спешке одеваясь, я забываю причесаться, оставляя макияж размазанным после вчерашнего. Один носок — фиолетовый, второй — зеленый. Пару не нахожу поэтому приходится довольствоваться этими. Бросаю все, что есть, в сумку, скорее всего, забывая пару вещей.
— Куда собралась? — спрашивает Лесли.
— Ты только что это спрашивала. Боже, забудь. Просто оставайся в постели. Поспи, — бурчу я. Она не в состоянии для уроков сегодня, так что лучше пусть проспится.
— Ладно… — ворчит подруга, слишком уставшая, чтобы вникать в происходящее.
Прежде чем вынестись за дверь, я зашториваю окно, чтобы солнечный свет не мешал ей. Как жаль, что я настолько устала, что не надела на нее мои радужные трусы и не нарисовала член на ее лице. Ну и ладно.
Пока спешу к двери, сверяюсь с часами. Я настолько опаздываю, что уже даже нет смысла появляться на уроке.
Но я пойду.
Я, мать его, буду там потому что… не знаю, почему.