Громче, чтобы мне не пришлось слышать мамин плач.

Так громко, что уши почти взрываются, но мне плевать.

Эта музыка — единственное, что у меня есть.

Она заставляет меня чувствовать себя живой в мире, который умирает медленной, жалкой смертью.

* * *

Томас

Настоящее время

Одно пустое место.

Её.

Она думает, что может обыграть меня?

Когда я говорю, что ей нужно быть здесь, я говорю серьезно.

Даю классу задание, чтобы самому поработать в тишине. Открываю ноутбук и ввожу ее имя в «Фейсбук». К счастью, мне не нужно подавать заявку к ней в друзья, чтобы написать личное сообщение.

Томас: Где ты?

Проходит немало времени, но она не отвечает, а я барабаню пальцами по столу, раздраженный тем фактом, что она ослушалась моих правил.

Томас: Отвечай.

Хейли: Нет меня.

Томас: Нет тебя в классе, это точно.

Хейли: С каких пор ты в «Фейсбуке»?

Томас: С тех самых, как встретил тебя.

Я не боюсь признать, что следил за ней. Знаю, что это против правил, но я уже нарушил их, так что от осторожности теперь толку нет. Я просто хочу, чтобы она была здесь. Мне плевать, что придется сделать, чтобы это произошло.

Хейли: Преследуешь, значит?

Томас: Может, если бы ты притащила свою задницу на урок, мне бы не пришлось этого делать.

Хейли: Извини, но мне действительно сейчас не до этого.

Томас: Тебе плохо?

Хейли: Мне все утро плохо. Я даже с кровати не вставала.

Томас: Ты сейчас серьезно? Потому что могу поклясться, что видел тебя возле входной двери в колледж сегодня утром.

Проходит некоторое время, прежде чем она отвечает, поэтому мне кажется, что она не ожидала, что я буду в курсе ее «болезни». Я вижу ложь. Студенты все время пытаются солгать, но со мной это не работает. Особенно, когда врет она.

Хейли: Ладно. Да, я была там. Теперь меня там нет. Просто оставь меня в покое.

Томас: Нет. Ты придешь в колледж. Сейчас же.

Хейли: Почему тебя это так заботит? Запал на меня, что ли?

Томас: Не испытывай мое терпение, Хейли.

Девчонка толкает меня к моему пределу, но я не позволю ей взять верх. Если она меня не послушает, я преподам ей урок… по-своему.

Хейли: Разве это не «строго запрещено» или что-то в этом роде?

Томас: О, мы уже пересекли грань запретного… Знаешь, мне просто любопытно. Скажи мне, от кого ты бежишь? Потому что, как пить дать, не от меня.

Хейли: Я ни от кого не бегу, и уж точно не от тебя.

Томас: Хорошо. Значит, можешь ходить на занятия, как и полагается.

Она не сразу отвечает. Наверное, почувствовала себя прижатой. Хорошо. Иногда ей стоит поучиться слушать. Ходить на занятия — в ее же лучших интересах… И быть рядом со мной. Я мог бы научить ее тому, чему никто другой не в силах.

Хейли: Я не сказала бы тебе, даже если бы что-то было.

Томас: Знаю. И тебе не нужно говорить мне до тех пор, пока ты ходишь на уроки.

Хейли: Иначе что?

Томас: Оо… ты даже не знаешь, на что я способен, но думаю, имеешь представление. А теперь… Пришла. Сюда.

Ответ не приходит, поэтому, думаю, она отключила телефон. Жаль.

Если она не появится в течение десяти минут, не думаю, что у меня получится сдержаться. Не могу поверить, что она снова прогуляла урок.