— Убийца! — прохрипел Биурман.

Он вновь изловчился и на сей раз всё той же особенно подвижной ногой дал Ларстайну пинка под зад.

Тот, впечатлившись изворотливостью бывшего друга, разжал руки и отпустил его бороду. Воспользовавшись временной свободой, Биурман воспользовался каким-то заклинанием, и Ларстайна отмело в сторону.

Ключи в пылу драки отвалились от пояса и теперь валялись в метре от Нериссы.

Она присела на корточки и попыталась дотянуться. Не хватало нескольких сантиметров, но Крессман верила, что не бывает ничего не возможного. Она растянулась на полу и уже коснулась пальцами к желанной связке, но профессор Ларстайн воспользовался следующим заклинанием, и на сей раз в стену впечатало уже бедного Биурмана.

Ключи отмело к ближайшей стене.

Нерисса встала. Рука ужасно ныла, она едва не вывернула себе плечо, но сдаваться не собиралась. Хочешь жить — умей вертеться. Или дотягиваться до ключа, когда это необходимо.

— Старый хрыч! — уничижительно завопил Биурман.

— Дурак! Я всем расскажу, как ты купил свою диссертацию! — возмутился Ларстайн. — Ты, недоделанный доктор магических наук!

— Уничтожу!

— Убью!

Нерисса втянула голову в плечи. Она терпеть не могла разборки старых магов, это никогда хорошо не заканчивалось, а тут ещё и такие скандальные личности.

Девушка опасливо оглянулась, чтобы посмотреть, как там чувствует себя Марта Моулс. Женщина явно не жаловалась. Она сидела, вжавшись в стену, и с интересом наблюдала за профессорской схваткой.

— Так его! — шептала она, сопровождая таковым комментарием каждый удачный тычок со стороны того или иного проректора. — Старые взяточники! Недоделанные маги! Так его, так его!

Что ж, возможно, у Тильды — у Марты, точнее, — действительно что-то не так было с головой, потому что столь яростная демонстрация насилия вызывала у неё массу положительных эмоций. Нерисса ничем таким похвастаться, к сожалению, не могла.

— Козёл! — перешёл к мелочным оскорблениям Ларстайн. — Ты не можешь написать ни одного научного труда самостоятельно!

Заклинание, которое он швырнул в бывшего друга, было мигом перехвачено.

— Бездарь! Ты можешь сколько угодно прикрываться наукой, но я — единственный практик во всём этом дурацком учебном заведении!

— Ты не патриотичен!

— А ты — идеалист и дурак!

Крессман наконец-то подкралась к самой стене, вновь присела и потянулась к ключу. На сей раз связка лежала намного ближе, и девушка легко схватила её и крепко сжала в кулаке, не позволяя больше заклинаниям сумасшедшей профессуры лишить её шанса выбраться.

— Это ты виноват в том, что он до сих пор к нам не пришёл! — вспылил Биурман. — Это ты заявлял, что он за любовью хоть с моста в пропасть!

— Да?! А ты написал в письме, где нас искать? — Ларстайн попытался наколдовать пульсар, но у него не получилось. — Уничтожить тебя надо было! Ещё в детстве!

Нерисса старалась не прислушиваться к громким возмущениям. Она метнулась к решетчатой двери и спешно просунула ключ в замочную скважину. Первый, второй, третий…

На четвёртом девушке повезло. Она была почти спасена — выйдет наружу и сможет применить свою магию. А там уже никакая профессура не страшна.

Но вместе с тихим щелчком, знаменующим, что замок поддался, профессор Ларстайн всё-таки сподобился наколдовать пульсар, и яркий, слепящий глаза свет залил всё вокруг.

— Даниэла, значит! — возопила Марта Моулс. — Ты, проклятая девчонка!

Крессман наконец-то толкнула дверь и буквально выпала наружу. Над головой пронеслось несколько заклинаний — это профессура обменялась любезностями.

Вот только Тильда была куда сильнее, чем эти два старика. И Нерисса справедливо полагала, что, если попадёт ей в руки, то ничем хорошим это не закончится.

Она попыталась отползти в сторону, но заклинание, которым воспользовалась Марта Моулс, кем б она ни была на самом деле, пролетело страшным световым шаром у Нериссы над головой. Крессман почувствовала, как страшно жгла чужая магия.

Пульсар, ударившийся в стену, растянулся тонкой плёнкой по каменной поверхности. В тот же миг потолок, до этого выглядевший весьма печально, вдруг приобрёл свой первоначальный, приданный ему ещё при построении этого здания вид.

Нерисса сглотнула. Что б тут ни происходило, Змеиному Замку оно определённо шло на пользу.

— Держи беглянку! — возмутился тем временем Ларстайн. — Убежит же!

— Сам держи! — закричал Биурман.

— Всем стоять!

Громогласный голос Марты, разнёсшийся у них над головами, казалось, заставил всех замереть, как камни. Нерисса в воцарившейся тишине могла слышать не только биение своего сестра, стремившегося выскочить на свободу путём пробивания грудной клетки, а и сиплое дыхание Ларстайна и Биурмана.

— Я вас всех уничтожу, — гневно произнесла она. — Мало ли вы попили мне крови? Гады! Бессовестные существа! Как же вы мне все надоели!