Никто не мог сдержать высшего демона без его воли. Никто не мог даже слова сказать, или вздохнуть. Теперь я понимаю трепет людей, и даже меня, перед ним. Даже его соотечественники не могу посмотреть ему прямо в глаза.

Кроме одного. Дядя Лиана и Лидии.

Аст.

Как искривленное отражение Лиана, такой же черноволосый, бледный, только черты лица острые, глаза маленькие и злые, острый нос и подбородок. Он был так же по-своему очарователен, как и его племянник. Но более мерзок, по крайней мере, мне.

Демон смотрел на Лиана с нескрываемым злорадством, чем бесил рядом сидящую герцогиню. Представляю, как у нее тряслись руки. Вряд ли он ее сын, скорее всего она бабушка по матери, потому что ничего общего с благородной женщиной у него не было.

Все мысли покинули голову в один миг.

Пленник посмотрел на меня, и взгляд его замер. Надменность и дикий оскал покинули его лицо, сменяясь сначала удивлением, граничащим с шоком, а затем чуть ли не яростным гневом.

Он резко обернулся к судье, как раз в тот момент, когда его, как и меня, пригвоздили к полу с помощью цепей.

Его голос пронесся на демоническом до меня. Слов я не разобрала, но свое имя услышала четко.

Сестра подсудимого еле разжимала рот, не в силах перестать смотреть на брата.

– Он спрашивает, почему ты здесь, они якобы пришли к согласию, что тебя не тронут и отпустят домой.

Судья ответила ему, а затем вклинился Аст, кивая то в мою сторону, то на Лиана.

Голос Лидии звучал так тихо, что я еле слышала.

– Судья сказал, что версия была пересмотрена, так дядя внес коррективы. Ты манипулировала Лианом, и так же нанесла ранения другим демонам, и ему в частности. Девчонка должна ответить за свои действия, даже если является всего лишь человеком. Смертные не должны быть выше демонов.

Даже если бы мне можно было говорить, я бы промолчала. Звучит так бредово, будто он все это придумал прямо сейчас, экспромтом.

Ноги уже совсем отекли, и я перестала их чувствовать, а в руки точно перестала поступать кровь. Надеюсь, я умру сейчас.

Лиана перебили, запрещая ему говорить.

Однако он наплевал, и замолчал только когда герцогиня подняла руку и укоризненно взглянула на внука. Выдохнув и махнув головой, подсудимый демон отвернулся, и опустил глаза в пол, пытаясь взять себя в руки.

А суд шел.

Разговоры-разговоры-разговоры.

Лидия старалась переводить, подавляя дрожь в голосе.

От боли и неудобства я мало что понимала.

Прошло примерно полчаса, может больше. Потолок у здания был прозрачный, и над нашими головами сверкали звезды. Как мне хотелось отказаться сейчас среди них и ничего не чувствовать. Быть облачком газа.

Приговор не заставил себя ждать, судья поднялась и начала зачитывать свой вердикт, сливаясь тембром с уже почти не живой, бледной Лидией.

– На основании двух непростительных обвинений, как убийство высшего демона, без особо веских причин, а также нападение на другого высшего демона, без особо веских причин, суд приговаривает Дантелиана, высшего Демона, комиссара полиции Темного мира, к смертной казни, путем лишения его двух сердец, последовательно. Приговор исполнит потерпевший и истец, высший демон Аст.

Последние слова демонесса договаривала уже шепотом, обхватив себя руками, и роняя на холодный, мраморный пол, маленькие капельки, стекающие с щек.

Все начало происходить слишком быстро.

Дядя Лиана покинул свое место, спускаясь вниз, к нам. Лидия одновременно стремилась подойти ближе к брату, закрыть собой меня, и прекратить охватившее ее рыдания, под укорительным взглядом бабушки, которая сама заметно тряслась, и только неведомая сила держала ее на месте.

– И ничего нельзя сделать?! – не выдержала я, хватая Лидию за подол платья, пытаясь привлечь к себе внимание.

Она качала головой, закрывала лицо руками, пытаясь что-то сказать, но слезы душили ее, пока она не села на колени рядом со мной, и прошептала только:

– Я не смогу на это смотреть.

Я беспечно дернула цепи, пытаясь вырваться, но стало только больнее истончавшей коже и уставшему телу.

На противоположной стороне зала разворачивалась не меньшая драма.

Лиана подняли на ноги, прямо перед Астом, стоящим спиной к нам. Его лица я не видела, но его отражение было в Лиане, в его отвращении и ненависти к кровному родственнику, однажды уничтожившему его девство, семью, а теперь и его самого.

Однажды оставшись ночевать у незнакомых существ, я попала в самое пекло войны непонятного мне мира. А этот мир, в лице одного демона, теперь раз и навсегда осел в моем сердце и моей голове.