Ответить я уже не успела, так как спустилась стража, и, внезапно, Лидия.

Я поднялась с пола и отряхнула то, что осталось от платья, и даже попыталась привести в порядок волосы. Не очень получилось.

Прутья на моей клетке опустились, и Лидия вышла вперёд ко мне, держа в руках металлические наручники. Вид у нее был такой, что казнить сейчас будут ее, а не меня.

– Мия, дай мне пожалуйста руки и не используй ангелит, ради твоей же безопасности.

В соседней камере закричал папа. Один из стражей нажал что на стене и звуки прекратились. Оглушила мертвая тишина.

– Решила лично понаблюдать, - с нескрываемой злостью произнесла я, но кисти протянула.

Наручники щелкнули, и я наконец смогла преодолеть свой квадрат заточения. Всего на мгновение мне удалось увидеть папу. Обросший, похожий на старика человек, вцепился в прутья и что-то громко кричал, только беззвучно. Будто хватал ртом воздух.

Я что-нибудь придумаю, папа, обязательно.

Взяв меня ща плечо, демонесса заставила идти вперед.

– Бабушка добилась у судьи разрешения сопровождать тебя и находиться рядом. Как залог твоей безопасности до вынесения вердикта.

– Какая честь, - от негодования сводило зубы, стражи грубо толкали в спину и заставляли идти быстрее, - это такой способ помучить перед смертью?

Черные кудри игриво плясали на ее груди и плечах. Она всё ещё была красива. Даже в скорби. Глаза будто подведены чёрным, фарфоровая кожа, тонкие руки. За такую должен был умереть Дантелиан, а не за меня, глупую человечку.

– Я делаю, что могу, Мия!
– ее спокойствие давало трещину, - думаешь, тебе одной паршиво?

Меня аж передёрнуло от нее.

– Нет, что ты, меня просто ведут на эшафот в чужом мире, а так я в полном порядке.

Слава богу она заткнулась и дальнейший путь до суда мы продолжили в полном молчании.

Приближение сопровождал гул голосов, которые становились все громче. Зал суда оказался прямо передо мной, и я тут же сравнила его с римской ареной.

Круглый зал, со всех сторон заставленный сидениями, на которых сидели взволнованные и верещащие сразу на двух языках - человеческом и демоническом, жители Темного мира. Когда мы зашли, они поумолкли. Так, стоя окружённая демонами, я начала потихоньку понимать всю сложность данной ситуации.

Точнее, безысходность.

Судью я увидела сразу. Взрослая женщина на большом стуле с высокой спинкой, в белом одеянии, сидела за столом, единственным содержимым которого был маленький медный колокольчик. Рядом с ней была ещё одна женщина, старше, но даже возраст не мог скрыть ее былую красоту. Чёрные, с проседью, волосы, чёрные, как омуты, глаза, и тонкие, чуть дрожащие губы. Высокая и стройная, как статуя. Я сразу поняла, чья это бабушка.

Сначала она внимательно осмотрела Лидию и лишь украдкой взглянула на меня. Мне и этого хватило, чтобы понять, кто именно, после смерти Лиана вырвет мне сердце.

Судья позвонила в колокольчик и поднялась. Тишина как в гробу тут же разлилась в круглом помещении.

Даже голова закружилась.

Она что-то быстро произнесла, но я не поняла.

– Суд будет на демоническом, я переведу, - поспешила за ее речью Лидия, - Нам нужно заковать тебя.

Только сейчас я заметила рядом с собой цепи, прибитые к полу. Лидия сама надела мне их на руки и ноги, так, что я оказалась на коленях. Судя по недоброму гоготанию зрителей, делала она всё слишком долго и осторожно.

– Они думают, я смогу нанести вред демонам в таком виде?
– шепнула я Лидии, трудящейся над цепями.

– Тихо, молчи, ты не должна говорить, только слушать.

Пояснила она, чем снова вызвала неодобрение.

Я послушалась. Что ещё оставалось.

Я сохраняла лицо до последнего. Пока Лидия переводила судью, пока руки тяжело сводило от оков, и затекали ноги от сидения на коленях, на жестком полу, на острых коленках. Я думала о папе и о том, как же все это кончится.

Держалась до конца.

Пока не привели хозяина дома демонов.

Зал замолчал опять, на этот раз не от интереса, а от трепета, потому что Лиан, в рваных, грязных одеждах, связанный цепями и передвигающийся только с помощью трех стражей, внушал не меньший ужас, чем судья и герцогиня-бабушка вместе взятые.

Тяжелым взглядом он оглядел всех присутствующих, абсолютно. Он напоминал вулкан, ураган, и все вокруг наивно думают, что какие-то цепи способны его сдержать. Будто вот-вот он напряжет крупные плечи, расправит широкую спину, запрокинув голову, и звенья полетят в зрителей со скоростью пуль. Единственной его преградой был он сам.