Она тут же сделалась хмурой. Как в детстве. Рука в боки, и губу надула.

Я, наверное, впервые за эти десять лет и улыбнулся.

– Мама тебя не видит! Вот уж она бы откусила тебе голову. Давай, бриться, мыться, и поговорим. Я скучала, вообще-то.

Пока я приводил себя в порядок, все гадал, за какие мои заслуги она вернулась сюда, ко мне, отцу, который ее бросил.

– Я не в обиде, - говорила она, ставя передо мной суп, который сварила на скорую руку, - я понимаю, что ты сделал это ради меня. Хотя лет до четырнадцати я тебя люто ненавидела. Знаешь, какие эти твои племянники несносные? Ох, я рада, что вернулась туда, где я один ребенок.

– Ханна отпустила тебя?

– Да, - Мари и сама теперь села за стол, - ах, я же не сказала! Теперь я, - она что-то достала из чемодана, бумажку с печатью, - дипломированный врач! У нас открыли женскую академию, которую я закончила по специальности медицина. Тут, как известно, один врач, и тот уже возможно помер. Так что, буду жить и работать с тобой.

Мне все это казалось нечистым.

– Есть ведь и еще какая-то причина, по которой ты приехала сюда, да?

Суп на огне чуть не выкипел. Ей пришлось подняться и тут же снять его. Чуть не обожглась.

– Да, - дочка подошла ко мне, и обняла меня сзади, положив голову мне на плечо, - Я не могла жить спокойно, зная, что ты тут один. Я тоже люблю ее, пап. Но она бы не хотела всего этого. Она хотела, чтобы мы, как сейчас, были вместе. Так что не противься! Теперь мы с тобой заживем!

Как гадалка, она почти точно предсказала будущее.

На следующее утро нас ждал еще один визит гостя.

Мари, в теплом домашнем платье, открыла дверь, впуская в дом холод.

Я в это время завтракал молоком и булкой с маслом за столом.

– Здравствуйте хозяева!

На пороге появился молодой мужчина в костюме и шляпе. Ну, прямо-таки джентльмен.

Я пожал ему руку и представился. Мари склонилась в приветственном реверансе.

– Я – Мартин Лондер, новый мэр этого города. Я слышал, тут живет лесник. Это вы?

Я не уже хотел отрицать. Сказать, мол, слухи пускают. Но дочь меня опередила и защебетала как птичка.

– Да-да-да, это мой отец, Рэн… Вуд, - фамилию, естественно, только что сама придумала, - он был лесником еще до пожара. Знает этот лес, как свои пять пальцев!

– Что ж, - он хлопнул в ладоши, - тогда у меня есть к вам предложение.

– Могу я предложить вам чаю? – Мне не нравилось, как Мари ему улыбается.

Короче говоря, этот мэр, в связи с благоустройством города решил назначить лесника, который будет беречь только возрождающийся лес. И я ему очень подходил.

– Оклад неплохой, я вам обещаю!

Мари чуть ногу мне под столом н отдавила. Пришлось согласиться. Думаю, Алма бы все равно больше никого не пустила хозяйничать в свой дом.

– А вы, - этот мэр опять заигрывал с моей девочкой, - уже нашли работу, мисс Вуд?

Она кокетливо крутила кружку чая в руках.

Да что ж это такое, при родном-то отце!

– Я врач, и как раз ищу работу. И да, по некоторым обстоятельствам, я ношу фамилию матери. Я Мари Алмарэн. Еще раз приятно познакомиться.

– Тогда, - Мартин улыбнулся во все зубы, - могу вас обрадовать. Мне очень нужен доктор. То есть… этому городу.

******

Десять лет спустя…

– Деда, можно я с тобой, пожалуйста-пожалуйста!

Маленький внук бегал у моих ног, пока я пытался обуть башмаки.

– Прости, Рэндэл, но сегодня обещают дождь. Думаю, маме не понравиться, если я тебя потащу в лес в такую погоду.

Рыжий мальчуган обиженно надулся, и обижено плюхнулся попой на пол.

– Ты же ее папа. Прикажи ей!

– Смешной ты, - я потрепал его по макушке, - сегодня у бабули годовщина. Лучше помоги маме сходить на рынок, пока папа работает. А вечером я приду, расскажу еще одну историю про Алму.

– У-у-у, - загудел он, - наконец-то! Тогда пока, деда, будем ждать тебя!

– Веди себя хорошо, сын мэра.

Из кухни мне улыбнулась дочка, вытирая полотенцем одну из помытых тарелок.

Я махнул рукой и вышел из дома.

Выдался чудесный весенний день. Как обычно, я выходил утром на обход леса, проверить, нет ли мусора, охотников в неположенных местах и других неприятностей.

Из-под ног пробивалась свежая трава. Лес снова возмужал, после пожара стал еще зеленее, и сильнее. Правда, теперь это был другой дом. Не наш с Алмой.

Постепенно мысль о ее уходе прочно укрепилась камнем в моей душе, но больше не тянула вниз. Мари и ее молодая семья старались сделать все, чтобы старик не чувствовал себя одиноким. Иногда мне кажется, что я не заслуживаю этой любви. Я ведь так поступил с ней в детстве. Но она не хочет, чтобы я думал об этом, и мужу не говорит. Мартин, кстати, оказался неплохим малым, да и дочку он любит. Город в порядок привел. Теперь к нам часто ездят путешественники, в наши леса или к морю, богатому рыбой.