Шрифт:
— Почему ваше имя вызывает тревогу?
Он замер, не успев распахнуть дверь:
— У кого?
Он стоял совсем близко, задевая ее рукой и плечом. Ей неудержимо хотелось прильнуть к его гладкому сильному телу, вобрать в себя знакомое уютное тепло.
Нет, нельзя! Она не имеет права заводить любовника.
— Не важно, — бросила девушка и выскользнула из спальни.
Она заперла дверь, хоть теперь в этом не было смысла: опасность уже вырвалась наружу и таилась в ней самой.
Глава 8
Не успела Розамунда прийти в себя, как Диана, выскочив из соседней двери, схватила поднос, поставила его на столик в коридоре и втащила подругу в спальню.
— Бренд Маллорен? — прошептала она.
— Да.
У Розамунды еще кружилась голова после встречи с очаровательным пленником. А почему бы и нет? Почему бы не обзавестись любовником — всего один раз в жизни? Каждая женщина имеет на это право…
Диана смотрела на нее во все глаза:
— Ты что, ничего не знаешь?
— О чем?
— О Маллоренах!
Розамунда плюхнулась на кушетку у окна и приготовилась выслушать ужасную правду.
— Что он сделал?
— Что сделал? — Тонкие брови Дианы сошлись у переносицы. — По-моему, тебе лучше знать.
— Я имею в виду, что он сделал за пределами этого дома.
Диана тряхнула головой, элегантно усаживаясь на другом конце кушетки.
— О Господи, я и забыла, что ты никуда не выходишь! Газет ты, конечно, тоже не читаешь?
— О нем писали в газетах? — Розамунде стало дурно. Разумеется, она не идеализировала разбойника с большой дороги, понимая, что все они воры, а зачастую и убийцы, но ей казалось, что такой очаровательный разбойник не подпадал под общие мерки. — Какое же преступление он совершил?
— Преступление? — Диана выпучила глаза. — Роза!.. Вообще-то, насколько мне известно, о самом Бренде Маллорене газеты не писали. Зато о его брате пишут частенько. Неужели ты никогда не слышала про Ротгара?
— Про какого еще Ротгара?
— Про маркиза Ротгара!
Розамунда уставилась на кузину.
— Ты хочешь сказать, что он… — она махнула рукой в сторону спальни, где находился ее пленник, — маркиз?
— Мне страшно подумать, где находятся твои мозги! — Диана подалась вперед — Слушай внимательно. Если он Бренд Маллорен, то его брат — маркиз Ротгар. Старший брат, разумеется.
— Разумеется, — как эхо повторила Розамунда. — Но он был совсем просто одет. Не понимаю…
— Я тоже не понимаю. Но Маллорены — семья известная. Вернее сказать, печально известная. Лорд Брайт…
— Лорд? — воскликнула Розамунда.
— Леди Эльф — очень приятная дама, — продолжала щебетать Диана. — Правда, кроме нее, я ни с кем лично не знакома…
— Диана! — крикнула Розамунда, чтобы привлечь внимание подруги, и тут же понизила голос:
— Ты хочешь сказать, что я держу взаперти лорда?
— Да, если это на самом деле Бренд Маллорен, но…
— Какой ужас!
— Ну, вообще-то он не настоящий лорд. У него нет места в парламенте и прочих привилегий.
— Спасибо, утешила!
Диана вдруг расхохоталась:
— Да не волнуйся ты, вряд ли он потащит тебя ко двору. А у тебя неплохой вкус, милочка! Умеешь выбирать рабов-любовников.
— Я спасла его от смерти.
Розамунда ни на секунду не усомнилась в его благородном происхождении. Лорд… Это многое объясняло. В его уверенных манерах не было ни капли холопского.
— Спасла, взяла в плен… — Диана махнула рукой, сверкнув многочисленными перстнями. — Но ты меня порадовала! В последнее время ты стала такой скучной, а этот случай совсем в духе наших детских похождении. Подумать только, взять в любовники Маллорена! Потрясающий выбор!
— Я его не выбирала, — возразила Розамунда, чувствуя, как пылают ее щеки.
Изогнутая бровь Дианы поползла кверху.
— Вот как? Значит, ты вытащила его из канавы и подумала: «Мужчина. Отлично! Завтра он будет в моей постели».
— Конечно, нет! — Розамунда вскочила с кушетки и принялась расхаживать по комнате, пытаясь найти достойный ответ. — Хотя ты права. Я в самом деле решила, что он… не слишком противный.
— Но скажи, пожалуйста, что делал лорд Бренд Маллорен в придорожном кювете, пьяный и одетый в простую одежду? Я, конечно, с ним незнакома, но все, что ты рассказала, кажется мне не правдоподобным.
— Может, он упал с лошади.
— Говорят, маркиз очень печется о благополучии своих родственников. Моли Бога, чтобы Ротгар не посчитал оскорблением то, как ты обошлась с его братом. Когда речь идет о защите семьи, он становится беспощаден. — Она понизила голос: