Внезапно ее осенило. Она вышла из дома и направилась к самому Аррадейлу, который стоял за полмили от вдовьего дома. Войдя туда с черного хода, Розамунда справилась насчет Дианы.

— Она уехала верхом осматривать сено, миледи, — сказал дворецкий, который тут же появился на кухне: как все дворецкие, он обладал чутьем на гостей. — Дома вдова.

Розамунда хотела только попросить свежие газеты и не рассчитывала на беседу с тетушкой, но, увы, выхода не было.

Такая же полная, как ее сестра, леди Аррадейл обладала царственной осанкой, подобающей графине. Ее волосы благодаря каким-то чудесам косметики сохранили свой темно-каштановый цвет.

— Ну что, милочка? — спросила она, когда Розамунда осторожно чмокнула ее в напудренную щеку. — Я слышала, у тебя маленькое приключение?

— Приключение, тетя Аррадейл? — удивилась племянница, с трепетом садясь в накрытое парчой кресло.

— Заходила Мария и рассказала мне о твоем больном. Очень великодушно с твоей стороны, милочка.

Разумеется, мама, будучи в Аррадейле, не могла не заглянуть к сестре. Но что именно она ей поведала? Розамунда отчаянно пыталась что-то понять по тону тети, но та, как всегда, была абсолютно бесстрастна.

— Ухаживать за больным — довольно утомительное занятие, тетушка, — заметила Розамунда как бы между прочим, — но мне придется остаться во вдовьем доме и дождаться, когда он поправится. Надеюсь, завтра он все-таки сможет уехать.

Ей казалось, что она уже давно стала взрослой, но теперь чувствовала себя напроказившей девчонкой. Рози и Дина опять попали в переплет.

Родители Розамунды были мягкими людьми и не наказывали своих детей, зато лорд и леди Аррадейл держали свое единственное чадо в ежовых рукавицах. Если Диану ловили на какой-то проделке, то никто не сомневался, что Розамунда тоже принимала в этом участие. Поэтому все, включая Дину и Рози, соглашались, что обе девочки должны понести одинаковое наказание. Если назначалась порка, то непременным исполнителем экзекуции была тетушка Аррадейл.

Перед глазами Розамунды встала тетушка, берущая в руки розги…

Эта картина напомнила ей про новых республиканцев и про их жестокое обращение с детьми. Даже твердая рука тетушки Аррадейл никогда не была слишком суровой. Наказывая, она лишь стремилась заставить их раскаяться в совершенном проступке.

— У тебя неприятности? — сочувственно спросила тетушка, и Розамунда тотчас переключила все свое внимание на старуху.

— Нет, тетушка. Но меня беспокоит сэр Дигби. — Розамунда охотно перевела разговор в другое русло. — Он слишком много ест и пьет. Я вижу, как он краснеет и задыхается, поднимаясь по лестнице, и потому очень тревожусь.

— И не без основания. Граф скончался по той же причине. — Только тут Розамунда поняла, что затронула печальную для тетушки тему. — И потом, — продолжала тетя, — как я понимаю, после смерти сэра Дигби его наследником станет приверженец новой секты?

— Да, Эдвард Овертон. Это меня тоже немало беспокоит.

— Тебе надо родить ребенка, милочка, — откровенно заявила тетя.

Розамунду бросило в жар. Она и представить себе не могла, что когда-нибудь будет обсуждать семейные вопросы со своей августейшей тетушкой.

— Мы с Дигби стараемся… — И так оно и было.

— Слава Богу, что мужчины в отличие от женщин и в старости сохраняют способность к воспроизведению потомства. Сэру Дигби очень повезло, что он женился на такой здоровой молодой женщине, как ты, милочка. — Старуха склонила голову набок и слабо улыбнулась.

Было ли это царственным благословением? О Боже, какой странный разговор!

Розамунда поспешила вернуться к цели своего визита:

— Мой больной хочет почитать газеты, тетушка. Вы не дадите мне немного?

— Конечно, милочка. — Леди Аррадейл позвонила в золотой колокольчик, лежавший у нее под рукой, и дала поручение явившемуся на зов лакею. — Ну и кто же он? — спросила она.

Розамунда собралась с духом и приготовилась лгать.

— Он еще не вспомнил своего имени.

— А откуда он?

— Этого он тоже не знает.

— Напился до бесчувствия! — Тетя сдвинула брови. — Возможно, он просто не хочет называть себя. Будь осторожна, Розамунда.

— Он говорит, что не имеет склонности к пьянству, тетушка Аррадейл.

— Конечно. Кто же в этом признается?

Розамунда мысленно усмехнулась, вспомнив суждения своей матери. Как видно, все пожилые женщины с недоверием относились к мужчинам.

Тетушка смотрела на нее своими хитрыми, проницательными глазами.

— Будь осторожна, милочка. Бродяги и мошенники часто бывают обаятельны, что делает их еще опаснее, особенно если они красивы. А я слышала, что твой незнакомец чудо как хорош. Если хочешь, можешь перевезти его ночевать сюда.

Розамунду спас лакей, который вернулся с маленькой стопкой газет на серебряном подносе.