— Что это? — поднимая ладонь и глядя на слизь меж растопыренных пальцев, спросила я.

— Темных тебе, для начала, — прохрипел дроу, приподнялся, схватил Эрху и, усадив к себе на колени, осторожно похлопал по щекам. Адептка Смерти мгновенно распахнула глаза. — И тебе темных, — прошипел злой Юрао. — Я не понял, что за обмороки в столь ответственный момент?

Эрха открыла рот, закашлялась и рот закрыла.

— Ты же у нас адептка Смерти, — нет, Юр определенно злился, — слышь, адептка, как вот это убить, а?

Повернув голову, Эрха посмотрела на чудище, взвизгнула и спрятала лицо на груди дроу. Машинально погладив ее по испачканным слизью волосам, Юрао печально поведал о случившемся с ними:

— Это пыталось нас сожрать, начало с Эрхи, и его вырвало. Попытался мной закусить — тот же эффект. Заблевал все нам… Счет за очистку стен и ремонт страшно представить.

Я сочувственно покивала и принялась вычерчивать знак защиты прямо в слизи.

— Те самые символы, которыми ты там пачку бумаги изрисовала? — меланхолично поинтересовался Юрао, успокаивающе покачивая всхлипывающую адептку Смерти. Потом он решил ее утешить: — Детка, ну чего ты? Ну подумаешь, его от тебя стошнило… Ничего, молодая еще, найдешь еще на свою голову монстра, который сочтет тебя очень вкусной.

Эрха плакать перестала.

— И потом, — продолжал разглагольствовать Юрао, — кто еще в вашей унылой школе смертников может похвастаться тем, что им какое-то там чудище побрезговало, а? А теперь представь — ты вся такая: «Я Эрха, от которой стошнило даже монстра! Все знают, что слово Эрхи — закон!» Ну, как тебе?

Адептка выпрямилась, гневно глядя на дроу. Юрао весело подмигнул ей и ласково так спросил:

— Все? Пришла в себя?

— Знаешь ли, — прошипела адептка, — меня, к твоему сведению, впервые съесть пытались!

— Да? — изумился Юрао. — А меня уже раз двадцать, но вот блевали мной впервые. — Он демонстративно призадумался и медленно проговорил: — А может, это у него несварение после тебя как началось, так и не заканчивается, а?

Судя по искривленному лицу адептки Смерти, назревал нешуточный скандал, который я прекратила одним словом:

— Чертополох.

— Да я понял, Дэй, — отозвался Юрао, — ты рисуй, не отвлекайся, нам выбираться пора, монстр блюет уже с гораздо меньшей частотой, а значит, оклемается скоро.

— Офицер Найтес, вы меня поражаете, — призналась я, — мне казалось, ты тут ведешь беседы на отвлеченные темы.

— Угу, — буркнул он, — отвлекаю адептку Смерти от мысли, что существуют монстры, способные ее убить, невзирая на ее статус. — Эрха всхлипнула, дроу продолжил: — Да прости ты его, неуча, ему же никто не объяснил, что адептов Смерти жрать нельзя, а надо подыхать, когда ему кинжалом в сердце бьют.

— У… у… у него три сердца, — всхлипывая, с трудом произнесла Эрха, — три… я плечо потянула, руку высвободила, нанесла у-у-удар, а он…

— Тшш, — Юрао погладил ее по спине, вновь обнял, — все, малыш, все. Все будет хорошо. Я заклинание призыва уже отправил, так что нас сейчас или Дэя спасет, или наши подтянутся.

В этот момент раздался грохот от удара. Затряслись стены…

— Ночная стража, — сообразила я, не отрываясь от своего малоприятного занятия.

— Бездна, только не это, — простонал Юрао.

— Почему? — тут же спросила Эрха.

— Почему… — дроу тяжело вздохнул, — потому что ваш не в меру язвительный и подлый директор в прошлый раз посоветовал моему начальству поднимать здание, чтобы проникнуть в него… И если Шейдер мне сейчас контору попортит…

— Не попортит, — прервала его я, — у павильона не было духа-хранителя, у этого здания есть, и дух не позволит разрушить дом.

Вновь послышался удар. Стены сотряслись, по изгвазданному интерьеру потянулись трещины… в следующее мгновение ожил дух-хранитель. Но и моя работа была закончена.

— Поднимаемся, закутываемся в плащ и отступаем к двери, — скомандовала я. — Быстро!

Юрао поднялся, отпустил Эрху и сразу обнял. Меня тоже обнял, стоило накинуть на его плечи плащ, и вот так, осторожными шажками, мы направились к двери.

Щупальца шипели и следили за нами, жутко так, словно глаза имели и этих глаз с нас не сводили, но не прикасались… И мы медленно, опасливо и стараясь не упасть, что было непросто, пробирались. Добрались. Юрао открыл дверь, к нам метнулись за двадцать щупалец и тут же отпрянули.

— На выход, девочки, — прошипел дроу и фактически вытолкнул нас.

Кажется, я начала падать, поскользнувшись на скользких ступенях, но меня сразу поймали. Сжали, нежно-нежно, а потом передали кому-то другому. И я сразу поняла кому, когда услышала: