Она думала, что Егор заберет ее вечером, но он приехал буквально в обед, видимо, сразу после утренних пар. Явился — такой восхитительно деловитый, энергичный, собранный, что хотелось пищать и издали любоваться этим широкоплечим совершенством.

— Солнышко, я говорил, чтоб ты не собирала вещи? Тебе нельзя переутомляться, — сердито произнес Егор, заметив у кровати уже подготовленную сумку.

— Это медсестра помогла, — оправдываясь, произнесла Танька, медленно присаживаясь на кровати. Она дремала уже одетой — поверх покрывала. Медсестра же обещала забрать постельное вечером, в конце смены.

— Помогла или собрала? — Егор сощурился.

— Она почти все собирала, — честно ответила Танька, — я совсем чуть-чуть, правда.

— Ох, ладно, — Егор качнул головой, видимо, решив, что с больными не спорят, а теперь у Таньки еще и справка в доказательство была, и, взяв сумку, склонился к Таньке, обхватывая ее за плечи. От него сильно пахло табаком, и это было ужасно непривычно. Впрочем, запах ему шел. Пахни сейчас от него каким-то парфюмом — Таньку могло и затошнить. Идти с Егором вот так было тепло. Но тяжело — пространства было слишком много, голова то и дело порывалась кружиться. Все-таки ощущалось с каждым сделанным шагом, что лечащий врач был прав, и Таньке было бы лучше остаться в больнице, но сдаваться Локалова не собиралась.

Поэтому — коридор, лифт, пройти через холл больницы. Дойти до машины Егора. Сползти пластиком на заднее сиденье и съежиться там. Все силы кончились, голова раскалывалась. Как она послезавтра доползет до зачета и даже там что-то ответит — было загадочно и непонятно, но Танька изо всех сил надеялась, что она — как супермен, — сможет сотворить невозможное.

— Ты жива? — забросив сумку в багажник, Егор вернулся в машину и уставился на Таньку. — А то я, кажется, зря повелся на твои капризы, и надо было оставить тебя в больнице.

— Нет, нет, — испуганно воскликнула Танька, — я жива.

— Неубедительно, но ладно, — Егор вздохнул, — раз уж из больницы мы уже вышли — давай попробуем добраться до дома.

Он вел машину так бережно и медленно, что в какой-то момент Таньке показалось, что быстрее было бы пешком дойти.

— А в универе у тебя нет дел сегодня? — тихонько пискнула Танька.

— Были. Но закончились. И не отвлекай водителя.

Не было никакой проблемы. Танька в принципе ощущала легкую сонливость и продремала практически всю дорогу.

— Могла и лечь, — заметил Егор, уже запарковавшись. Действительно, можно же было и лечь, наверняка Егор это предусматривал, загружая Таньку на заднее сиденье.

— Не подумала, — шевелить мозгами в принципе было сложновато. Честно говоря, до Таньки уже сейчас дошло, что скорей всего на зачете она будет зависать и пытаться связать три слова в одно предложение. Перспектива медотводов и заваленной сессии становилась все отчетливей. И Таньке было страшновато, но выхода… выхода она не видела. Ладно. Сначала попробует, ну а когда провалится — вот тогда и будет плакать.

— Ну, давай пойдем, солнышко, — с поддержкой Егора было возможно все. И не только до подъезда дойти, но и в принципе куда угодно. И плевать, что голова нещадно кружилась. Все-таки правы были те господа, что раскладывали влюбленность на гормональные реакции и говорили, что, мол, эйфория вполне может справиться с болью. Да. Помогало. Даже стоять вертикально помогало, в том же лифте — лишь бы вот так, лишь бы так — уронив голову на плечо Егора и прикрыв глаза. Жаль только недолго тот лифт взлетал на двенадцатый этаж, Танька бы позависала подольше.

Уже в квартире, пока Танька подтормаживала, Егор даже не помог ей раздеться, нет, он фактически «распаковал» Таньку из куртки и, присев, развязал шнурки на ботинках.

— Егор, ну зачем? — у Таньки от этого зрелища едва ноги не подкосились.

— Тебе нельзя наклоняться, солнышко, — деловито отрезал Егор и сжал пальцами Танькину лодыжку, заставляя ее приподнять ногу. Может, Золушка была на седьмом небе, когда на нее надевали хрустальную туфлю, у Таньки же зазвенело в ушах от того, что с нее снимали банальный обычный ботинок.

— И ты две недели меня разувать будешь? — офигевая, поинтересовалась Танька.

— Детка, мне не нужны твои обмороки, — насмешливо отозвался Егор, — поэтому да, буду. Хоть месяц, если ты столько не будешь в форме.

— Блин, — Танька чуть пошатнулась, и Егор, выпрямившись, опустил тяжелую ладонь ей на талию.

— Какие-то проблемы, Тань? — тихо спросил он, впиваясь взглядом в ее лицо.

— Мне кажется, это перебор, — в тон ему ответила Танька, — что это слишком, потому что…