— Свои! — поспешил крикнуть я, на всякий случай приготовившись отпрыгнуть в сторону. — Не стреляй — все равно промажешь!

— Р-рэйш?! — неверяще прошептал маг голосом Эрроуза. — Неужели ты?! Вот же живучий сукин сын…

После чего темный слабо улыбнулся и, закрыв глаза, принялся заваливаться навзничь. Я едва успел его подхватить и с некоторым трудом вытащил в реальный мир. Эрроуз сам по себе был тяжелым, да еще и завалился неудачно — лицом вниз. Так что пришлось приложить немало усилий, чтобы не покалечить этого бугая сильнее, чем есть. Все же зацепили его крепко — вон, вся броня в клочья. И кровищи вокруг столько, что в ней можно было утонуть.

— Эй! У вас лекари остались?! — спросил я, осторожно уложив темного на спину и зажав ладонью широкую рану на его животе.

Мне никто не ответил. Впрочем, когда я поднял голову, то понял, что отвечать было некому — из боевой пятерки герцога, жрецов и людей Эрроуза уцелели всего трое: сам Эрроуз, который вот-вот готовился отдать концы; милорд герцог, который тоже лежал ничком и почти не дышал, и один-единственный жрец… кажется, служитель Абоса… совсем молодой еще паренек, который на коленях стоял возле разбитого артефакта и с выражением потустороннего ужаса смотрел на вяло шевелящегося умруна, который даже с оторванной башкой пытался сомкнуть свои клешни у него на ляжке. Второй умрун бесформенной кучей дымился в сторонке и источал омерзительный запах хорошо прожаренной мертвечины. Остатки светлого заклинания над ним почти испарились, но концентрация силы вокруг нежити была такой, что я с нескрываемым уважением посмотрел на герцога, имеющего, как оказалось, в запасе атакующие заклятия такой мощи. Видимо, одно из них и добило державшийся на соплях купол. А заодно превратило раненую Эрроузом тварь в отлично приготовленный бифштекс.

— Что с герцогом? — отрывисто спросил я, швырнув сразу два огненных шара и спалив нежить, а затем вплотную занялся Эрроузом. Целитель из меня, конечно, аховый, но у магов Смерти есть некоторое преимущество: нас довольно сложно убить. И намного проще вернуть к жизни, чем кого-либо другого. — Эй! Не спи! Я спросил: что с герцогом?!

— Н-не знаю, — все-таки проблеял парень, судорожным движением стряхнув с себя оставшийся после умруна пепел.

— Так посмотри, Фола тебе в душу!

— Х-хорошо… но, к-кажется, мы ему уже не поможем.

Я мельком покосился на смертельно бледное лицо его сиятельства, которого жрец неумело перевернул на спину. И скрипнул зубами, увидев приличную дыру в правой половине его груди, откуда вяло вытекала темная кровь.

Твою ж демоническую руну…

Что я Роберту скажу?!

— Мастер Рэйш! Вы меня звали? — как по заказу, раздалось у меня за спиной, и я едва не выругался вслух, обнаружив, что посреди залитой кровью поляны стоит растерянно озирающийся мальчишка. Легко одетый, в одной рубашке и домашних тапочках, растрепанный, немного сонный и совершенно неуместно смотрящийся здесь, посреди гор беспорядочно наваленных трупов и огромных луж крови, над которыми уже начали виться первые мухи.

При виде вынырнувшего из пустоты мальчишки жрец отшатнулся и осенил себя охранным знаком. Болван. А маленький жнец внезапно опознал в залитом кровью теле отца и испуганно прошептал:

— Как же так, мастер Рэйш… п-папа?!

— Иди сюда, — отрывисто велел я, толчком выпихнув Эрроуза на темную сторону и тут же выдернув его обратно. Других способов быстро закрыть наши раны не существовало. Но отцу Роберта этот способ, к сожалению, не подходил. — Осмотри его. Он дышит?

— Нет, мастер Рэйш… — через мгновение сглотнул пацан.

— Обыщи его карманы: там должны быть исцеляющие амулеты, — сухо велел я, проверив состояние темного и снова найдя его неприемлемым.

Мальчишка тут же зашарил руками по телу.

— Сейчас! Я сейчас, сейчас… вот, нашел! Но в нем совсем мало заряда!

— Включить его сможешь? — Я во второй раз окунул едва дышащего мага во Тьму.

— Да!

«Арт, в доме гости», — внезапно доложил с нижнего уровня невидимый Мэл.

«Много?» — ненадолго отвлекся я.

«Не могу сказать. Кто-то активировал защиту на здании».

Я быстро обернулся.

Демон… я должен был оказаться там. Прямо сейчас, пока умруны или кто там еще не начали предпоследний в цепочке ритуал. Один обряд мы сегодня упустили, и дать им возможность провести второй было чревато угрозой срыва всей операции. Вот только герцог… и Эрроуз… торопливо утирающий катящиеся по лицу слезы пацан, смотрящий на меня с беззвучной мольбой и бессильным пониманием…

«Внутрь попасть сможешь?» — напряженно спросил я.

«Нет, брат. Защита цельная, а я еще не достиг пика. Если я ее нарушу, то скорее всего умру».

«Тогда следи, — с тяжелым сердцем отвернулся я и в третий раз окунул темного во Тьму. — У нас нет другого варианта».

Эрроуз наконец судорожно закашлялся и, вынырнув из царства Фола, хриплым с мороза голосом каркнул:

— Все… все, хватит! Я в порядке, Рэйш! Угомонись!

Я глянул на его покрытое густым слоем инея лицо, всмотрелся в бесцветные радужки и тут же выпустил изжеванную куртку: действительно живой. После чего метнулся к бездыханному герцогу и, забрав из трясущихся рук ученика слабо светящийся артефакт, бросил на грудь его мертвого отца.