Невольно сжала коленки, положила ногу на ногу, поёрзала на раскладном кресле. Вздохнула.

— Кхм, — раздалось сверху. Саша сжалась. — Могу я посмотреть? — Стрелецкий возвышался над Сашей, смотрящей в старенький ноутбук, и заглядывал в файл на рабочем столе. — Это новые наработки? Неплохо, — перегнулся через Сашу и провёл пальцем по панельке. — Совсем неплохо.

Саша опомнилась. Подскочила

— Са… сади… присаживайтесь! — отодвинула единственный стул, остальные куда-то растащили. — Антон Геннадьевич, присаживайтесь.

Стрелецкий посмотрел вокруг, внимательно оглядел Сашу — та испытала желание провалиться сквозь землю, — и устроился в кресле, отодвинув под свой рост.

— Эти никуда не годятся, — он показал пару эскизов. — Можно сразу отправлять в корзину, а этот стоит доработать, — он поднял глаза на стоящую по стойке смирно девушку.

Лицо выражало самый настоящий ужас и ещё что-то, Антон не смог понять, что. Едва ли восторг или раболепие, женская заинтересованность? Вряд ли… нет.

— А… — наконец отмерла Саша. — А этот? — несмело ударила пальцем по клавише, все силы были направлены на то, чтобы не коснуться мужской руки и не упасть.

Антон пододвинулся на кресле, оставив место впереди себя, разговаривать снизу вверх было неудобно, но стоя, сверху вниз, ещё более неудобно с его ростом, поэтому он сел. Бегать же по лагерю в поисках стула ради пятиминутной беседы было глупо.

— Присаживайтесь, — показал рукой на краешек стула между своих ног. — Места должно хватить.

— Ааа?

— Александра, вы боитесь меня? — озарило Антона.

— Не… нет.

— Тогда присаживайтесь. Я не каждый день уделяю подобное внимание, вероятно, это поможет вам лучше понять меня, а мне — не искать нового исполнителя.

Сашка быстро и согласно кивнула. Ей необходимо справиться с этим заказом. Шансов кот наплакал, она это понимала. Её могли попросту уволить! И никто не поинтересуется, чем ей платить за кредит или за аренду квартиры. Она обязана справиться! Хотя бы попытаться. Стрелецкий или нет, не часто заказчики идут навстречу в неформальной обстановке и сами предлагают помощь. А уж ожидать подобного от заказчика уровня Стрелецкого и вовсе не приходилось.

Саша устроилась. Получилось теснее, чем она рассчитывала. Плотно.

Попа у Саши всё же не маленькая, да и Антон не кипарис. Руки, плечи, грудь, ягодицы, ноги… Сашка вздрогнула и сосредоточилась, изо всех сил игнорируя мужскую руку, подтянувшую её за талию к себе ближе.

Прямо к паху. Саша ещё поёрзала и чуть не заскулила. Горячее мужское тело, одна нога прижата вплотную к её ноге, даже сквозь ткань ощущается тепло, обжигает дыхание над макушкой.

Антон что-то размеренно говорил, водил курсором по экрану, иногда пальцем. Саша пыталась вслушаться, понять, что он говорит, о чём, но почему-то слышала только голос, от которого хотелось вжаться в мужское тело ещё сильнее, впечататься в него, прочувствовать всем телом.

Она невольно начала ёрзать, сжала ноги, даже перекинула одну на другую и сильнее прижалась попой к мужскому паху. Тот ответил ожидаемо для мужского организма, Саша вздохнула, облизнула губы и ещё раз потёрлась. Как же потрясающе это ощущалось. Сашу немного потряхивало, она быстро дышала и тёрлась попой об эрекцию.

Твёрдую. Каменную.

Антон прижал к себе девушку, зафиксировал, остановив её ёрзания и стимуляцию. Он знал, что должен сделать. Аккуратно отодвинуть, простив себе и ей минутную слабость, извиниться, максимально корректно, предотвратить любые дальнейшие действия или намёки и не возвращаться к этому инциденту даже в мыслях. Он — здоровый молодой мужчина, у него давно не было секса, его реакция более чем объяснима, это не значит, что стоит продолжать. Но рука невольно, проигнорировав любой довод разума, только сильнее прижимала к себе притихшую, часто дышащую Сашу.

Она не была худой, но такой маленькой рядом с ним, и мягкой. Вряд ли это эффект от нелепого застиранного костюма, что надет на Саше. Провёл по животу, потом по ноге, чувствуя, как бедра и ягодицы начали снова двигаться и тереться о практически каменный стояк.

На мгновение закружилась голова. Стало неважно, кто он, где и с кем. Аромат чего-то сильного, пронзительного, впился в нос, прошиб через позвоночник, отозвавшись в головке члена.

— Такой запах, — проговорил растерянно.

Сашка заёрзала и тут же попыталась выбраться.

— Костра, леса, ромашки. Ромашка? — Саша смотрела, как Стрелецкий нервно облизнул губы, зажмурился, дрожь прошла через его тело, а потом он отодвинулся и сглотнул, глядя потерянным взглядом на девушку.

— Прошу прощения, Александра, — убрал руки.

— Ой, — у Саши невольно навернулись слезы на глазах.

Стало невыносимо обидно. Объяснимо, понятно, логично, так, как и должно быть, но обидно. На какие-то полминуты ей показалось, что она может понравиться Стрелецкому. Вот такая, какая есть. В старом спортивном костюме, с толстой попой, лохматой головой, сомнительным запахом… ромашки. Саша пользовалась детской пеной для ванны с ароматом ромашки, и таким же шампунем. У неё была кожа, склонная к раздражению, а пена отлично заменяла гель для душа, успокаивала раздражение и стоила недорого. Запах приятный и простенький, как сама Саша.