— Я не верю… — прошептала Печенюшка, а вернее сказать, Татьяна Гончарова.

— Веришь, — произнёс Святослав. — Как телепат, могу это с уверенностью заявить. Просто пока ты эту шокирующую информацию ещё не можешь принять.

Татьяна зло блеснула глазами, вскочила со стула и закричала на Святослава:

— Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! Стоило в жизни всему наладится, как появился ты и всё испортил!

— Печенька, за тебя говорят эмоции, — Святослав смотрел на девушку всепонимающим взором умудренного жизнью старика, уголки губ парня слегка опустились, выражая грусть. — Ещё скажи, что тебе не нравится богатство, которое удалось получить благодаря мне.

— Не нужны мне эти богатства! — в запале со злостью воскликнула Гончарова, притопнув ножкой. — До этого я жила спокойной жизнью, а потом начались проблемы. Налоговая, попытка ареста, побег из страны, попытки выжить в другой стране…

— А ты думала, что просто быть богатой? — спросил Святослав. — Нет, милая, так не бывает. Когда у человека появляются деньги, находится много людей, которые желают заполучить его богатство. Нужно приложить немало усилий, чтобы сохранить своё имущество. Так было испокон веков и так обстоят дела и поныне. Вот только, Печенька, ты мне врёшь. Ты и сама понимаешь, что обманываешь себя. Тебе нравится быть богатой. Ты не готова отказаться от своих денег и вернуться к прежней жизни. Признайся, если бы тебе дали шанс начать всё сначала, ты бы поступила иначе?!

— Нет! Нет, черт побери! — истерично воскликнула Татьяна. — Ты это хотел услышать?!

— Нет, я всего лишь жду, когда моя лучшая помощница успокоится и начнёт думать головой, а не эмоциями.

Святослав не сидел без дела, а с помощью биокинеза и телепатии успокаивал девушку. Делал он это практически незаметно, стараясь допускать минимум воздействий. В противном случае истерика могла затянуться надолго.

— Но… — растеряла запал Татьяна. Она села обратно на стул и вперила взор в незваного гостя. — Зачем ты пришел к Степану? Ты хочешь его убить?

— Нет, Печенька, — покачал головой Святослав. — Зачем мне это? Я просто хочу остановить безумие под названием «игра виртуальной реальности». Ведь жили вы без того, чтобы вторгаться в другой мир? Так отчего ты против того, чтобы все вернулось на круги своя?

— Я не против, — захлопала ресницами Гончарова. — Нет, я определённо не против. Просто думала…

— Ты думала, что я пришел убить твоего парня, — завершил за девушку мысль Святослав. — Мне это даже не нужно было читать у тебя в голове, ты сама это сказала. Но разве я похож на убийцу?

— Есть такое, — честно ответила Татьяна. — Но раз тебе нужен не Стёпа, то что или кто? Я могла бы помочь.

— Другой разговор.

Святослав обрадовался, поняв, что благодаря аккуратному воздействию удалось перейти к стадии торга не через несколько часов, а через считанные минуты. Конечно, Звягинцев мог бы приложить девушку заклинанием подчинения и выведать нужную информацию, но не сделал этого. Да, это было бы просто и легко, но есть такое понятие, как порядочность. Одно дело использовать чары на врагах или когда не видишь иного выхода и нужно выбирать из двух зол наименьшее. Другое дело, когда речь идёт о человеке, с которым знаком и какое-то время сотрудничал. Святослав отчасти привязался к Печеньке, он считал её порядочной девушкой и не хотел действовать по-скотски.

— Мне нужен артефакт, который где-то прячет Степан. Артефакт, который управляет игрой в вашем мире: связывает шлемы виртуальной реальности с банковскими счетами, взламывает компьютерные сети и получает со шлемов всю информацию.

— И что ты будешь делать с этим прибором? — нахмурилась Татьяна.

— Всего лишь заберу его в свой мир и уйду.

— То есть, тебе нужен лишь артефакт? — с надеждой спросила Гончарова. — Босс, обещаешь, что не тронешь нас?

— Конечно, Печенька, — искренне произнёс Звягинцев. — Я своих людей не обижаю. А ты по-прежнему моя помощница. Считай, что это очередное задание Неведомо хренового сантехника.

— Что за артефакт? — собралась Татьяна и сделалась серьёзной.

— Я не знаю, как он выглядит, — произнёс Звягинцев. — Одно могу сказать точно — от магического сканирования он сокрыт если не идеально, то очень близко к этому. Может, ты видела в доме что-нибудь странное?

— Нет, ничего такого, — Татьяна задумчиво свела вместе брови, на переносице образовались складки. — Нет, точно нет. Никаких подозрительных вещей. Вот только…

— Хм… — задумчиво потер подбородок Святослав. — Подвал говоришь… Степан изредка туда втайне ходил и не разрешал дворецкому и слугам заходить туда, и тебя туда не водил.

Звягинцев не стал упоминать, что однажды посещал этот подвал в другом теле.

— Не читай мои мысли! — недовольно наморщила лоб Гончарова.

— Извиняюсь, но не могу, — развел руками Святослав. — Телепатия — это как слух. Обычные люди слышат звуки, а телепаты мысли. Для меня перестать считывать поверхностные мысли равносильно тому, чтобы обычному человеку заткнуть уши. Изредка и ненадолго можно сделать это, но постоянно находиться в шумопоглощающих наушниках очень неудобно.