— Только не убейте! — крикнул Блун, прячась за деревьями.

Лагерь, где заночевали охотники на демонов, отгораживался от долины Прозрения лесной опушкой. Скрывшись из виду, Блуну предстояло пройти около километра, чтобы выйти в центр долины.

Жрец ступил на каменные плиты и пошёл к чёрной скале. Его поступь по шлифованным камням, от которых отражались красные лучи восходящего солнца, выглядела чертовски круто! Он, словно герой фантастического фильма, шёл по мосту к космическим вратам или к порталу в потусторонний мир. Один в таком пустом и таком светлом пространстве…

— Пора.

— А? — я повернулся к Мину.

— Ты сказал, что мы должны успеть прежде, чем он вернётся! — голос травника дрожал. — Или нет? Я запутался.

— Всё правильно, Мин! — я хлопнул его по плечу. — Не волнуйся, если что-то пойдёт не так — вали на меня!

— Напомни, что я должен сказать?

— Успокойся! — подхватив бочонок, я побежал к лагерю охотников. — И просто будь собой!

Анук отошёл поссать, а Одор натирал железную ручку топора куском меха. Я подошёл почти к самому костру, когда они меня заметили.

— Негожий?! Ты всё-таки решил умереть от руки охотника не демонов?!

— Привет, Анук! — я махнул рукой. — Ты, кажется, штанину обоссал!

— Где? — он склонился, но тут же разогнулся, улыбаясь. — Дошутишься! Блуна рядом нету, а Одор и сам не прочь прирезать тебя за шуточки про Закру!

— Поэтому и пришёл! — ответил я, одаряя охотников улыбками. — Как дела вообще?!

— Поэтому и пришёл? — лоб Одора собрался морщинами. — Чтобы мы тебя прирезали?

— Нет, конечно! По поводу дочери твоей, Закры! Пришёл, чтобы просить руки и отцовского благословения. Вон она и сама идёт!

— Где?! — Одор уставился в направлении вытянутого пальца.

— Да шучу!

Я хотел похлопать седобородого по плечу, но тот отстранился, нахмурив брови:

— Ещё слово про Закру!

— Всё-всё! — я поставил бочку на землю и поднял руки. — Случайно получилось! Я ведь поэтому и пришёл — извиниться за шуточки! И пришёл не с пустыми руками!

— Что это? — Анук посмотрел на бочонок.

— Лучший напиток, который я когда-либо пробовал!

Откупорив бочонок, я взял кружку и зачерпнул. За ночь чернично-земляничный коктейль настоялся, усилился запах, не нужно было притворяться, чтобы нахвалить превкусный напиток. Анук с Одором облизали губы, глядя, как я с наслаждением глотаю кисель, и следующие десять секунд за охотников думали их животы. Наполнив кружки до краёв, я сунул одну Ануку, а вторую — Одору. И тот, и другой хотели рассмотреть напиток повнимательнее, понюхать, но подтолкнув донышки я настоял, чтобы они выпили не глядя.

Пока охотники наслаждались чернично-земляничным чудом опрокинув головы, я повернулся к Харту и без объяснений задрал левый рукав куртки.

Трёхметровый монстр, наглухо закованный в цепи, сидел на камне с печальным взглядом. В его потускневших глазах фиолетового цвета я уловил смирение, но, увидев покрытую чёрным наростом руку, Харт подскочил на месте. Он хотел что-то сказать, но я приказал ему молчать, приложив палец к губам.

— Вкусно! — подтвердил довольный Одор. — Что там плавает?

— Маленькие разноцветные штучки? Можете их глотать! — разрешил я. — Кажется, это специи.

— Кажется?!

— Ага! — я вновь наполнил кружки и передал их охотникам.

Второй раз у Одора и Анука было достаточно времени, чтобы рассмотреть напиток. Опустив головы в кружки, они замерили. Возникла заминка. Одор посмотрел на Анука и по-ребячески хихикнул:

— Цвет такой странный. На тёмную энергию похоже.

— Совпадение, — ответил я, зачерпывая из бочки. — Хотя, скорее всего, этот напиток приготовил кто-то из тёмных.

— Что?!

— Вкусно же?! — спросил я и, не дожидаясь ответа, приложился к землянично-черничному коктейлю.

— Что значит приготовил кто-то из тёмных?! — Одор скривил лицо, будто в рот ему попало что-то горькое. — Где ты взял бочонок?

— В склепе!

— В каком склепе? — включился в разговор Анук.

— В том самом, откуда вы Харта выманили! — похвастался я, заливая в себя ещё одну кружку. — Вы не стали спускаться, а мы с Мином проверили и нашли там бочонок!

Рука Одора дрогнула, Анук поставил кружку на землю и сплюнул остатки напитка. Они смотрели то на меня, то на бочонок, то друг на друга. Анук качал головой, отказываясь признавать:

— Это очередная шутка?

— Почему шутка? — я повернулся к темному орку. — Харт, ты зачем бочонок хранил?

— Это мои запасы на чёрный день! — орк злобно захохотал, глядя в испуганные глаза охотников.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — спросил Анук у Одора.

— Не знаю.

— СТОЙТЕ!

Мы повернули головы на крик. С холма в долину, едва успевая переставлять ноги, на всех порах бежал Мин.

— НЕ ПЕЙТЕ! — раскрасневшийся травник орал во всё горло, спотыкался, но чудом не падал. — НЕ ПЕЙТЕ ИЗ БОЧОНКА!