И вот в этот раз я видел свою знакомую, точнее, даже больше, чем знакомую — конечно, Рейн. Не совсем ожидаемо было её здесь встретить. Она держала в руках весло, осторожно подплывая к берегу, до которого оставалась, буквально, парочка метров. Рейн, возможно, успела заметить моё лицо в окне машины, но я не был в этом уверен. Пока мне это было на руку. Можно было наблюдать за ней с за приличного расстояния, но стоило бы ей только поглядеть чуть выше её взгляда, она бы лицезрела моё застывшее недоумение.

Рейн сидела в лодке и гребла так уверенно, будто делала это всю свою сознательную жизнь. Это могла быть и правда, но я у неё не спрашивал. Ведь все вопросы, которые исходили от меня и были направлены в её адрес, с легкостью отметались, как назойливые мухи. Что произошло с Дарреллом и с Саванной, рассказала Клео, а Рейн, даже узнав, что я не был причастен к пропаже Саванны, продолжала свою молчанку. На каждой из общих встреч игнорировала, делала вид, что меня не существует, я — пустое место.

Рейн плыла в совсем непримечательной деревянной лодке — таких полно. Наверняка, они составляли половину всех лодок нашего города. На них можно было просто плыть, смотреть по сторонам и, впрочем, ничего более. А ещё нужно было быть довольно сильным, чтобы не устать уже через парочку метров после гребли.

Когда Рейн, наконец, причалила, то попыталась встать в полный рост, аккуратно и медленно повернуть лодку. Стивенс была в какой-то широкой куртке, похожей на спортивную, в которой её худоба была видна не с такой силой, как это происходило обычно. Волосы у Рейн лежали сзади и казались похожими на смолу, — особенно в эту слабо-светлую погоду, туманную погоду — такую переливчатую смолу. Девушка ещё долгое время меня не замечала. Только спустя секунды посмотрела в мою сторону. Не знаю, хорошее зрение у неё было или нет, но прошло еще две или три секунды, я не знаю, но её взгляд с равнодушного сменился на холодный.

О да, цель Рейн для убийства посредством глаз найдена!

Я продолжал сидеть в машине прямо на мосту и надеялся, что никто не начнет сигналить сзади.

Мне повезло, и позади меня была тишина. Выключил радио. Вокруг ни души, все закрылись в своих домах и ждали, что же произойдет в следующую секунду.

А произошло вот что.

Я проехался чуть назад, остановился возле чьего-то высокого серого дома и, заглушив двигатель, покинул салон. К Рейн теперь я был чуть ближе, мог ощущать на себе её взгляд с ещё большей силой. Да уж, она явно не была счастлива меня видеть. Возможно, сыграл тот факт, что теперь я знал одно её увлечение или, по крайней мере, знал, где её можно искать.

Девушка стала нехотя выбираться из лодки Ох, как будто я ее оттуда вытаскивал насильно.

Когда Рейн снова взглянула на меня, солнце светило прямо на её лицо, и глаза — глаза показались какими-то светлыми и чистыми.

Может, мне показалось. Да, скорее всего. К Рейн такие понятия относиться не могли — уж слишком неприязненно она на меня смотрела сегодня.

— Ну, неужели нельзя было притвориться, что ты рада меня видеть? — сказал я, усмехаясь и одновременно надеясь разрядить обстановку. Рейн только закатила глаза. Естественно, это было ожидаемо. Она бросила мне короткое «привет». Вот мне показалось, что на этом наш долгий разговор был закончен.

— Ты ведь в курсе, что детективы уже не знают, что делать? — начал я издалека. В тот момент Рейн отложила весло, аккуратно прошлась вперёд и, подняв ногу, пыталась подняться на причал. Может быть, кто-то другой на моём месте попытался бы помочь. Только я прекрасно ощущал, что в моей помощи Стивенс не нуждалась. И действительно — очень ловко и бодро взобралась, да и вероятно, попадись я ей под руку, она посчитала бы лучшей идеей сбросить меня в канал. Спасибо.

— Странно, что полицейские сообщили, что в хижине всего лишь забитые доски и вроде того.

— Да я прекрасно это знаю. Если помнишь, я смотрела репортаж вместе с вами. И что с того? — ответила она, но по голосу было непонятно, что за эмоции её сейчас одолевали. Вероятнее всего, равнодушие.

— И то! Что-то здесь нечисто, и я уверен, что надо сделать хоть что-то. Прошло уже столько времени, и никто ничего так и не понял, не нашёл никаких улик. Даже в этой дурацкой хижине не нашли ничего, кроме чьего-то следа и даже не могут понять чьего. Неужели у нас настолько плохая полиция? Неужели ты не хочешь узнать: что происходит?

Я хотел сказать еще что-то, но Рейн как обычно меня прервала.

— Хватит Флеминг. Хватит болтать. Ты можешь хоть раз понять, что я не желаю иметь с тобой дело. Зачем мне говорить с тем, кто виноват в пропаже моей лучшей подруги. Ты что, правда думаешь, что такие люди, как я, поведутся? Ну, нет. А если ты и предлагаешь мне искать мою, заметь, подругу, когда тебе на самом деле всё равно, то тоже нет. Я не люблю подачек.

Я помолчал немного, незаметно потоптался на месте, затем смотрел, как Рейн складывала весло, потом проверяла то, насколько крепко она привязала лодку к берегу.