— Ну… — Макс задумчиво поджал губы, — теоретически можно. Но не уверен, что получиться вычистить до конца. Неделя — это уже слишком много времени прошло. Ролик расплодился. К тому же, не дам гарантии, что его не зальют снова, после чистки. Но попробовать можно, конечно.

— Попробуй, пожалуйста. А то у меня вся жизнь кувырком из-за этой глупости. Даже вон с работы уволили, — Маринка решила надавить на жалость, утаив, что на самом деле всё было немного не так.

— Хорошо. Я сам займусь этим. Ребятам такое точно не доверю, не хватало, чтобы они пялились на твои… Хм… На тебя пялились.

Макс налил чай, вкусно пахнущий какой-то ароматной травкой, и поставил перед Маринкой.

— Только ты тоже все свои странички из сети удали, хотя бы на время. Потом через полгода — год заново можешь заводить. А так — если перезалив будет, то опять ссылки на тебя поведут. Никогда не отмоешься, если не исчезнешь на время.

— А без этого никак? Жалко… У меня там уже почти сто тысяч подписчиков, — Маринка жалобно глянула на Макса в надежде услышать вариант, который позволил бы ей не трогать Инстаграм.

— Нет, без этого никак. Хотя дело конечно твоё! Но тогда и нет смысла ролики удалять. Это же с них к тебе столько народу прибежало? — Макс засмеялся и протянул Маринке сахарницу.

— Да прям! Не с них! — но потом, сопоставив даты и странные комментарии, она поняла, что Максим как всегда прав. — Ладно, проехали! Можешь чистить. Я удалю странички.

— Как скажешь, начальник! А с работой что? Уже нашла новое место? Есть что-то на примете?

— Да нет, конечно. Всего три дня назад уволили. Ничего не успела ещё.

— Ммм… Понятно… Может денег тебе дать? Наверняка зарплату давно спустила?

— Знаешь, что… Это не твоё дело! Твоих денег мне точно не надо! Я тебе ещё и сама потом заплачу за твою услугу, — вспылила Маринка.

— Ой! Не кипятись! Я же любя. Знаю, какие отношения у тебя с деньгами. Не привыкла считать. Что тут такого? Я же о тебе забочусь, глупышка.

— Обо мне есть, кому позаботиться! — брякнула Маринка.

— Серьёзно? А чего тогда ко мне за помощью пришла?

— Просто мой парень не разбирается в таком. Он тебе потом заплатит, когда всё сделаешь.

— Даже так? У вас, типа, всё серьёзно?

— Да! Всё серьёзно. Может, летом поженимся, — Маринка нагло врала, но уже не могла остановиться. — Сейчас присматриваем, куда в свадебное путешествие поехать. А ты вон меня столько лет мурыжил, а толку — ноль. А с ним — всё отлично!

— В смысле — я тебя мурыжил? — Макс чуть печеньем не подавился. — Я к тебе всегда серьёзно относился!

— Ага, серьёзно! Если бы это было так, то мы бы уже давно женаты были, — напомнила Маринка, отодвигая чашку подальше.

— Ну знаешь… Сколько раз я тебе предлагал? Три? Четыре? Я уже со счёта сбился! Это кому-то нужна нереальная свадьба с бюджетом, на который можно пару лет спокойно прожить. А я, извини, пока столько не зарабатываю. И в долги ради этого не готов влезать.

— Я вообще-то, собираюсь один раз в жизни замуж выходить! Мог бы ради такого дела на свою гордость наступить и взять денег, которые твои родители предлагали. Но нет же! Ты всё сам! Даже если мозгов не хватает нормально зарабатывать, всё равно не уступишь, — голос Маринки дрожал, срываясь на крик. — А меня абы что не устраивает. Ни средненькоя платье, ни средненький ресторан, ни средненький муж! Поэтому я от тебя и ушла!

Лицо Макса моментально стало словно чужим, челюсти напряглись, и Маринка заметила, как пульсирует венка на виске. Ей даже стало страшно, что Максим взорвётся и ударит её. Слишком уж долго она вытирала об него ноги и высказывала недовольство. Но даже сейчас она ничего не могла поделать с потоком желчи, которая извергалась из её уст.

Максим молча встал:

— Уходи, — так спокойно и тихо, что Маринка даже сначала не поняла. — Уходи! — уже громче повторил Макс. — Прямо сейчас!

— А как же наше дело? Что на счёт ролика? — испуганно пролепетала она.

— Я всё сделаю. И это будет прощальный подарок. С меня хватит! — И, немного помолчав, добавил: — Если я тебя люблю, то это ещё не значит, что меня можно унижать. Поняла? Поэтому уходи. Я не хочу тебя видеть.

Маринка, конечно, понимала, что в очередной раз перегнула палку. Но она так привыкла это делать и привыкла, что ей это сходило с рук, что сегодняшний тон её бывшего казался чем-то из ряда вон. Максим всегда был чем-то неизменным, чем-то постоянно присутствующим в её жизни, настолько родным, что она даже перестала замечать, что он — не её вещь, а живой человек со своими чувствами и желаниями.