— Ммм… Не думала, что он и правду это сделает, — качнула головой Маринка и снова полезла в телефон посмотреть что любимый Гугл будет выдавать по запросу.

— Ну он же пообещал, — хмыкнула Дашка. — С чего ему обманывать?

— Да просто… Не очень красиво мы расстались в прошлый раз. Вот и думала, что не станет помогать. — Маринка натянула маску безразличия и раздираемая от любопытства вкрадчиво спросила: — А что ещё он тебе говорил? Как у него вообще дела? Бабу себе не завёл? Не в курсе?

— Да ничего особенного, — Дашка пожала плечами. — Просто спрашивал, всё ли у тебя нормально, нашла ли работу, и всё.

— Ну, а чем сам занимается? Не говорил? Может, просил чего передать?

— Нет. Про себя ничего не сказал. Да я и не спрашивала. Передавать тоже ничего не просил. Ладно. Я пойду, а то Витюша сердиться будет. Я и так его разозлила, что это платье надела, а не то, которое он хотел, — Дашка оправила подол. — Давай, спускайся к нам.

Маринка молча кивнула.

«Сума сойти. Вроде взрослая женщина, а даже платье должна под надзором выбирать. Что за жизнь такая!»

— Да ещё десять минуточек в тишине посижу и спущусь. Правда…

Но спускаться к гостям Маринка не торопилась. Она скинула туфли и, задрав ноги на подлокотник, удобно устроилась на диванчике. Смотрела на огонь в камине и размышляла о том, под каким предлогом можно наведаться к Максиму в гости, чтобы разведать обстановку.

Дверь тихонько скрипнула.

— Даш, ну я же сказала что мне там скучно. Не заставляй меня, — простонала Марина, даже не повернув голову.

— Вы знаете, и мне там скучно, — низкий бархатный голос явно не принадлежал её подруге.

Маринка суетливо подскочила и принялась обувать туфли, которые никак не желали налезать обратно на ноги.

Перед ней стоял немолодой мужчина лет пятидесяти. Приятная внешность, подтянутая фигура волосы с проседью. В одной руке пузатый бокал с янтарной жидкостью, во второй толстая сигара, на запястье поблёскивают Breguet*. Ну точно миллионер с обложки свеженького Форбс!

— Я могу нарушить ваш покой? — мужчина с лёгкой ухмылкой глянул на растерянную Маринку.

— Да конечно… Я тут просто… Устала немного… Решила в тишине…

— Я тоже не люблю суету и шум, но вот приходится, ради дела терпеть. — Он присел на диван и жестом показал Марине садиться рядом. — Меня зовут Эдуард. Будем знакомы.

Маринка кивнула и села рядом, изо всех сил стараясь держать красивую осанку:

— Я Марина, — она улыбнулась и подала руку в знак приветствия.

Пока он не выдал свою фамилию, Марина вела себя довольно непринуждённо и радовалась, что на Дашкином дне рождения нашёлся собеседник и для неё. Она наконец-то смогла хоть кому-то выложить весь свой багаж знаний о современной живописи, а Эдуард заинтересованно слушал, выпуская густые клубы дыма.

Словечки, перенятые Маринкой из лексикона Макса, постепенно растворись и она, словно настоящая светская львица излучала благородство и идеальное воспитание.

А потом, случайно заглянувшая к ним Дашка шепнула, что это «тот самый Лебедев», и весело подмигнув, опять убежала к гостям… И Марину будто подменили. Она ощутила весь груз ответственности и важность момента. Ведь это тот самый Лебедев! Знаменитый миллиардер, да к тому же холостяк, за которым гоняются все охотницы Москвы. А она — обычная девушка из Саратова.

Чем точно занимался Лебедев, Марина не знала, но имя было на слуху даже у тех, кто был совершенно далёк от мира больших капиталов.

«Сама загадала такое желание! Вот и получай!» — повторяла про себя Маринка и дрожала от волнения под внимательным взглядом Эдуарда.

— Ну что, Мариночка. Мне пора, — Эдуард едва коснулся губами прохладной Маринкиной руки.

Волна терпкого парфюма ударила в нос, заставив её сделать глубокий вдох. Наверное, именно так пахнут деньги… Приятно и немного горьковато. Маринка смотрела на склонившуюся перед ней голову миллиардера и ликовала от счастья, желая как можно дольше задержать это мгновение.

— Мы ещё увидимся? — вся смелость, которую только могла Маринка отыскать у себя внутри, выплеснулась наружу в этих простых словах.

— Пожалуй, да. Мне было приятно с вами беседовать. А это бывает крайне редко.

Маринка в одно мгновение залилась краской до самых кончиков ушей и волна удушливого жара сбила дыхание. Эдуард смотрел на неё спокойным уверенным взглядом с небольшим хищным прищуром. Но ей казалось, что он буквально раздевает её, снимая это скучное платье. Внутри одновременно бушевали и чувство неловкости, и удовольствие от маленькой победы. Ведь она смогла заинтересовать такую важную персону!