— Ты едешь с нами? — Калли помнила, как уставилась на него. За последний месяц он резко вырос, и теперь его рост доходил почти до 180 см.

Он взъерошил ей волосы костяшками пальцев.

— Как будто я упущу возможность поехать с тобой в зоопарк.

— Мама знает? — спросила Калли, боясь ответа.

— Не беспокойся обо мне. Твой учитель не возражает, так что всё хорошо, — даже тогда она волновалась о последствиях. Джош не переживал, но в шестнадцать лет он лучше держал обещания.

Тогда у Калли был крутой старший брат, который хотел проводить с ней время. Он держался рядом с ней и объяснял, как устроено плечо шимпанзе, и почему оно позволяет им так кувыркаться. Затем, к восхищению её друзей, он продемонстрировал это на фонарном столбе. В кои-то веки у Калли была семья, которой другие завидовали. Её шансы насладиться грехом гордыни в том возрасте были крайне малы, и она радовалась этому. Пожалуй, даже к лучшему, что она не богата. Такое дерьмо могло выйти из-под контроля.

Джош купил ей кружку и не позволил волноваться о том, откуда взялись деньги. Пингвины были её любимцами, и последние девять лет Калли доставала кружку с пингвинами всякий раз, когда она болела. Это была кружка, которая помогала ей почувствовать себя лучше.

Однако эта кружка не в силах вытащить Калли из той дыры, в которую она угодила из-за Заклинателя Душ. Джош того стоил, даже если он причинял ей боль, когда они повзрослели. Его ошибки не отменяют того факта, что только он присматривал за ней — пока Калли не перешла в старшие классы, и тогда они начали меняться ролями. Совершить преступление за своего старшего брата — так низко она ещё не падала. Калли говорила себе, что дальше этого она не зайдёт, но давая такие обещания Джошу (и Форду), она не осознавала, насколько сильно это её запятнает.

Она налила свежий кофе в кружку. У Заклинателя Душ имелась определённая репутация, но магия в её мире по-прежнему являлась негласным новым злом. Распространённость магии за последние десять лет не сделала её менее загадочной. Калли провела всего один день в качестве члена команды Заклинателя Душ, но уже чувствовала, будто он её изменил. Да, её пальцы уже не светились, кожу уже не покалывало. Однако её нутро не переставало трепетать. Две недели душ и магии — это звучало просто. Теперь она понимала это по-настоящему.

Ей придётся бороться, чтобы остаться прежней Калли. Может, она и не хотела узнавать этот мир, но теперь она стала его частью. Калли обхватила ладонями горячую кружку, ценя её тепло. Завтра надо будет поставить Дерека на место. Союзник охренеть как помог бы ей справиться с работой, но в магазине он совершенно не справился с этой ролью, и надо дать ему понять. Калли отпила кофе. Ради Джоша она найдёт в себе силы сделать это всё. До сих пор упрямство ей помогало. У неё есть шанс. Если только она перестанет расклеиваться при каждом контакте с магией душ.

Следующим утром Калли кое-как справилась со сменой на завтраке в доме престарелых. Она накладывала яичницу, тосты и время от времени кусочки бекона в темпе, который больше походил на скорость обитателей этого дома, чем на её обычный темп. Если клиенты и жаловались, то это не доходило до её ушей, хотя Калли почти не обращала на них внимания. В общей сложности два с половиной часа сна прошлой ночью — это далеко не достаточно, особенно когда сон состоял из интервалов по двадцать минут.

Калли схватила список меню с особой диетой и принялась соответствующим образом наполнять подносы.

— Ты с такой силой брякаешь подносом о тележку, — сказала Луиза, не отвлекаясь от нарезания пучка зелёного лука.

Калли посмотрела на металлическую тележку на колёсиках. Она отъехала на несколько дюймов от места, куда её поставила Калли, но еда по-прежнему оставалась под крышками.

— Прошу прощения за моё дурное настроение, — она хотела, чтобы это прозвучало искренним извинением.

— Мне подлить кое-что тебе в кофе? — Луиза говорила беспечным тоном, но Калли знала, что эта женщина говорит совершенно серьёзно. Она хранила пару бутылок (текила и виски) в ящике под алюминиевой фольгой.

Калли удивила саму себя, искренне рассмеявшись. Ну, хоть кто-то о ней заботится.

— Нее, Лу, мои проблемы не разрешатся от стопочки дерьмовой текилы.

— Ты недооцениваешь, сколько всего можно исправить текилой.

— Ночка была дерьмовой, — Калли проглотила детали. Как только Джоша похитили, ей пришлось перестать держать душу нараспашку и закрыться от мира. Скрывать свои эмоции вошло в привычку. — Жаль, не производят что-нибудь настолько крепкое, чтобы можно было забыть, насколько дерьмова вся твоя жизнь.