Женщина сделала ещё один шаг к центру комнаты.

— Это не твоё дело, мама.

На её лбу появилось несколько морщинок.

— И его по всему городу преследуют журналистские фургончики. Всё узнают, что он был здесь. Клянусь…

— Ты клянёшься что?

Сжав челюсти миссис Чепмен покачала головой, скрестив руки на груди. Я поднялся на ноги. Мне казалось, что я смогу чуть рассеять напряжение, повисшее в комнате. Но я ошибся.

— Рад встретиться с вами, я….

Я уже было протянул руку для пожатия отцу своей девушки, когда меня перебила её мать. Женщина стремительно повернула голову в мою сторону.

— Мы знаем кто ты. Весь мир знает, кто ты. — Она взглянула на дочь. — Ты солгала нам. Ты — позор.

И в том, как она произнесла слово «позор» не было ничего, кроме ненависти.

Кровь отхлынула от лица Коры. Опустив взгляд на сына, я заметил, как тот вздрогнул, а после — тоже начал подыматься на ноги. И, судя по всему, мальчик собирался обнять Кору. Я поймал себя на том, что пытаюсь улыбнуться тому, насколько Логан её защищает, но, положив руку на плечо малыша, удерживаю его на месте.

Будь для него примером.

Я должен унять свой гнев. Подавить его ещё в зародыше. Чувствуя то же, что и Логан, я не собирался стоять и смотреть, как мою любимую женщину оскорбляют в её же собственном доме. И плевать, это её родители или нет. Кора не заслужила подобного. Но Логан может всё запомнить. Если моя реакция будет слишком бурной — это впечатается в его мозг, и мальчик решит, что такое поведение вполне приемлемо. Миссис Чепмен вновь хотела было что-то сказать, но я, впившись в неё пристальным взглядом, поднял вверх палец. Этого оказалось достаточно, чтобы она замолчала на минутку. Опускаюсь перед сыном на колени.

— Подожди минутку в спальне, ладно, приятель?

Он кивнул.

— Да, Сэр.

Краем глаза я перехватил взгляд отца Коры. В нем был намёк на уважение. Понятия не имею за что. Возможно из-за того, что Логан назвал меня «сэр». Он примет сторону своей жены — и я знал это. Это то, как бы поступили и вы.

Логан побежал в спальню. Знаю, уже спустя несколько минут ему станет скучно, потому стоит поставить в этом точку максимально дипломатично. Я хорошо воспитал сына, но, в конце концов, ему всего семь. Он будет нетерпеливым. Особенно, зная, что происходит в гостиной.

Услышав, как захлопнулась за мальчиком дверь, я впился взглядом в мать Коры. Её рука чуть подрагивала. Не в моих планах запугивать её, но, если что, я не очень-то этому и расстроюсь. Кора выглядела так, словно в любую минуту могла сломаться.

— Возможно вам лучше вернуться завтра. Когда всё немного поостынет.

— Возможно тебе следует не совать нос не в своё дело! Это тебя не касается.

У Коры дрожали руки. Она не отводила глаз от отца, молча умоляя того вмешаться.

Я же смотрел на её руки. Смотрел на то, как разбивается её сердце. Бегло глянув на мужчину, после — вновь возвращаюсь к Коре. Её мама бросила на меня взгляд, переполненный чистой ненавистью, чтобы потом вернуть своё внимание дочери. Как этот мужчина может вот так просто стоять и наблюдать за происходящим?

— Мэм, я не хочу стать причиной проблем. Можете считать, что это меня не касается — и, возможно, Вы правы. Но я не собираюсь сложа руки наблюдать за тем, как Вы унижаете Кору в её же доме.

Сократив между нами расстояние, заключаю девушку в объятья. Её плечи содрогнулись под моим прикосновением. Едва ли она могла сказать хоть слово. По её щекам бежали слёзы. Оглядываюсь на отца Коры.

— Сэр, не хочу показаться грубым. Но мне кажется, что нам всем следует немного успокоиться. Сделать перерыв и встретиться в другой раз.

Для меня не секрет, что в прошлом у Коры были проблемы с мамой, но то, как женщина сказала своей дочери, что та — позор… Это хорошенько подпортило её образ. У меня сложилось впечатление, что это не первый раз, когда она говорит так. Крепче прижимаю Кору своей груди — но, она словно и не здесь. Я держу в руках пустую оболочку. Все её силы, весь дух — они испарились. Чепмен, не сдерживая всхлипов, просто смотрела на стену. Её глаза покраснели настолько, а поток слез был просто бесконечен, что я удивлен, если она вообще видит что-то. Кора даже больше не смотрела на своего отца. Представить не могу, что я мог бы вот так наблюдать за страданиями моего сына.

Я посмотрел на девушку в своих руках. Она была прекрасна даже в этом своём бессознательном состоянии — не только внешне. Кора была такой доброй и бескорыстной. Она знает, что значит сочувствие и искренне любит детей и свою работу. Чем она могла настолько разочаровать свою мать? Единственное, что приходит мне в голову, так это то, что проблема совсем не в Коре — а в самой миссис Чепмен. Возможно у женщины были мечты, коим не суждено сбыться — и винит она в этом свою дочь. Это единственное логичное объяснение.