Войдя в дом вечером второго дня, я почти что рухнул на диван. Не могу пошевелиться.

Джанет приехала посмотреть фильмы с Логаном и Корой. Они переместились на кровать, в то время как Джанет быстро уснула, прижав к груди свою Kindle. Я поймал себя на том, что сижу на подлокотнике дивана. Казалось, мир стал каким-то смазанным — перед моими глазами мелькали чёрные точки.

Джо вошел в дом следом за мной. Кожа над его левым глазом была рассечена — я ударил его хуком справа. Мы всё ещё были в тренировочных перчатках.

Мужчина хотел, чтобы я остался снаружи, и продолжил тренировку, но у меня уже не было сил. Чисто случайно я наткнулся на дом. Подсознательно. И Джо заметил это. Я едва стоял на ногах: около тысячи отработанных ударов, плюс три полноценные тренировки, плюс час медитации — не уверен, что не проспал её, поскольку держать глаза открытыми к тому моменту было сложно.

Мне пришлось пинать дерево, пока оно не упало — и моя правая голень была пурпурной в месте удара.

— Уже сдох, мудак?

— Сейчас десять часов. Утром я буду в форме.

Пройдя по коридору, я сел на стул перед дверью в комнату Логана. Кора спала в моей спальне. Заворчав, Джо покачал головой и направился на кухню. Некоторое время я так и просидел на своём месте. Пот залил моё лицо— я вытер его своими тренировочными перчатками. Я слишком устал, чтобы стащить их. Слишком устал, чтобы даже уснуть. У меня болело всё — вплоть до кончиков пальцев. Бросив взгляд на рисунок на стене, я увидел три одинаковых картины. Перед глазами всё поплыло.

Двери в комнату Логана распахнулись. Мальчик посмотрел мне в лицо, после опустив взгляд намою ногу.

— Пап?

Его глаза, которые он тёр кулачками, распахнулись, стоило Логану меня заметить.

— Хэй, приятель. Возвращайся в…

Слова слились в единый гул. Потянувшись, я хотел было обнять его, но рухнул на пол — прямо под ноги своему сыну. Грохот, должно быть, был ужасающ. Но, растянувшись на ковре, я не мог даже пошевелиться.

Нависнув надо мной, малыш попытался потрясти меня за плечи, крича:

— Папочка!

Его голос звучал словно из туннеля, с расстояния в сотню ярдов. До ушей донёсся щелчок замка.

— О, Боже!

Выбежав из комнаты, Кора упала на колени рядом с Логаном. Пытаясь привести меня в чувства, она била ладошками по моим щекам.

— Поберегись.

Идя по коридору, Джо держал в руке пластиковую чашку.

Мне в лицо хлынул поток холодной воды. Я содрогнулся. Мир почти что приобрёл краски. Казалось, слова звучали несколько отчётливее, словно приближаясь издалека. Направившись обратно, фигура Джо становилась всё меньше.

По мере того, как способность мыслить возвращалась ко мне, голоса становились всё чётче и громче.

Стоило мне сесть, как Логан обнял меня за шею. Он плакал.

— Папочка?

Кора прикрыла губы ладонью.

— Ему нужно отдохнуть завтра.

Кора посмотрела на Джо.

Джо застыл по ту сторону коридора, с улыбкой на лице, восхищаясь собственной работой. Возможно в этом и состоял его план. Он сказал, что это будет испытанием для моего тела. Мужчина допустил, чтобы я упал, и тем самым разбудил свою семью. Я мог бы справиться с физическими аспектами. Не захлебнулся бы водой. Но это… Пожалуй, Джо спланировал всё до последней минуты.

В ответ на слова девушки, он только покачал головой.

— Ни единого шанса.

— Отлично. Утро. Тренировка.

Я попытался было встать, но вновь упал на колени.

Логан обнял меня ещё крепче. Я почувствовал, как на мою ногу упала слеза. Надежда, что это всего лишь капля моего пота рухнули — опустив взгляд, я увидел блеск влажной дорожки от уголка его глаза.

— Папочка, пожалуйста. Я хочу завтра поиграть с тобой. Я скучаю по тебе.

— Приятель, я не могу.

Поднявшись на ноги, я пошатнулся. Попытавшись сделать шаг по направлению к своей комнате, я замешкался на миг.

— Ты едва держишься на ногах. — Кора взглядом метала в Джо кинжалы, добавивсквозь зубы — Это безумство. Он убьет тебя быстрее, чем ты сможешь драться.

На губах мужчины была улыбка. Ему всё равно на их реакцию. Для него подобное нормально.

Логан хлюпнул носом.

— Я хочу, чтобы ты поиграл со мной. Хочу побороться с тобой или сходить в парк. Мне всё равно. Пожалуйста!

Опустив свою дрожащую руку на голову мальчика, я попытался взлохматить его волосы, как делал это всегда. Мой мозг был словно в густом тумане.