– Точно, именно на тебя-то я и метил. Прятаться тебе было нужно в другом месте. Тебе, Рата, житейского опыта не хватает. Можешь, конечно, фантазировать про нашу леди что угодно, если тебе сказочные чудеса нравятся. Только, по-моему, в тебе немножечко зависть говорит.

— Да где же мне этого вашего опыта набраться, если я северную леди в первый раз вижу? И в бою я в первый раз была, — пробурчала Рататоск. — Только какая зависть? Красота, если богами дадена, — то дадена. Боевой магии завидовать тоже глупо. Это же не фасоль готовить — просто так не научишься.

– Научиться всему можно, — возразил Жо. — Склонность, конечно, нужна. Но фасоль готовить и топор в руках держать, — каждый нормальный человек научиться может. Собственно, с красотой то же самое. Как я понимаю, — каждая женщина может, если и не красивой быть, то уж эффектной точно. Взять, к примеру, нашу Мышку, — она, куда похлеще Катрин умеет меняться.

– Мышка, это кто? — с подозрением поинтересовалась девчонка.

– Прекрати, Рата. Если у тебя мысли будут в ненужную сторону сворачивать, я с тобой исключительно о фасоли разговаривать буду. И откуда у тебя, в твоем возрасте, мыслишки столь пошлые? Мышка мой друг и служанка нашей леди. Очень хорошая девушка. И вообще, скажи лучше, что у нас на ужин будет?

– Что там говорить? Фасоль и рыба. Больше ничего не осталось. Милорд Жо, а у вас на севере служанки покладистые?

– Отстань, говорю, — разозлился Жо. — Что у тебя за темы?

Рататоск хотела возразить, но в это время снизу раздался грозный голос Катрин:

– Рата, воду я за тебя ставить буду?

Девчонку словно ветром сдуло. Взъерошенный Витамин, хлопая крыльями, уселся на крышу рубки, с возмущением посмотрел на Жо.

– Иди-иди, курица соленая, — посоветовал парень. — Нагадишь, — на себя пеняй. Тоже птица, — всё как у хозяйки, — ни стыда, ни совести.

После ужина, уже в темноте, команда собралась в кокпите. С запада дул ровный свежий ветер, — мореплаватели сидели, завернувшись в плащи и одеяла. Ночь пришла темная, беззвездная.

Над парусом захлопали крылья. Витамин обеспокоено завертел головой и на всякий случай пересел с вант поближе к людям.

– Птиц полно, — сказал Квазимодо. — Острова близко. Надо бы воды набрать. Поохотиться. Здесь козы могут быть. Много времени это не займет.

– Не возражаю, — кивнула Катрин. — Вода нужна. Охота — по возможности. Два мешка фасоли еще осталось. Муки, правда, маловато. Жо, нельзя ли что-то с обогревом сделать? В каюте как в подмокшем погребе. Разве что шампиньоны не растут. Ты Голозадого тряс?

– Что его трясти? Проводку в кают-компании менять нужно, — это я и сам вижу. Только столько кабеля нам не найти. Да и не особенно поможет. Электрообогрев здесь предусмотрен символический. Вот если бы отопительную систему завести.... Но для этого топливо нужно. Можно было бы ламповое масло попробовать...

– Обойдемся, — сказала Катрин. — Масла все равно нет.

– Можем на солнце все просушить и каюты хорошо проветрить, — предложил Квазимодо. — Сырые вещи уберем, тогда и стены слегка просохнут. Нужно только хороший теплый денек подстеречь. Так, Жо?

Жо рассеянно молчал.

– Спит, — заметил стоящий у штурвала Сиге.

– Мечтает, — поправил Вини-Пух. — Угадайте о чем?

Катрин ткнула воспитанника локтем:

– Алло, гараж, не отвлекайся. Всё под контролем. Никто в воду не упадет.

– Да я об отоплении размышляю, — возмутился Жо. — Что вы ухмыляетесь?

Он действительно прислушивался к стуку посуды, что мыла на корме Рата. В темноте девчонка может и оступиться. У нее вечно ветер в голове. Ныряй за ней потом.

– Жо, сосредоточься, — посоветовала Катрин. — Сейчас текущую повестку дня обсудим, потом мне твоя помощь нужна будет. Спасать никого не нужно, все будут крепко держаться, если по заднице схлопотать не хотят. Если кто утопиться возжелает — пусть ждет, когда я на берег сойду.

– Я топиться не собираюсь, — обиженно отозвалась невидимая Рататоск, — только вот ложка...

Катрин горько вздохнула:

– Собирай, что осталось из посуды и иди на камбуз. Завтра домывать будешь.

Поговорили о текущих делах. Потом Катрин спросила остающихся на вахте Сиге и Вини-Пуха:

– Ночь темная. Возможно, стоит на якорь встать? Как здесь с глубинами?

– Не беспокойтесь, леди, — заверил Сиге. — Отмель и камни я учую. Не так уж и темно. Если туман сгустится, — мы якорь бросим.