Катрин согнулась ниже, неловко шлепнула по воде веслами. Нет, рисковать сейчас — непозволительная роскошь. Ты всего лишь одинокая женщина. Рвать зубами никого не будешь. Людей напугать можно, а вот бесчувственной технике на эмоции наплевать. Проклятая электроника. Что они еще там припрятали, кроме камер и датчиков?

Легкая лодка внезапно вынырнула из прибрежной зелени, двинулась наперерез. Катрин сдержала облегченный вздох. Решили все-таки прощупать. Теперь, если сразу стрелять не начнут, нормально получится.

Еще раз погрузить в воду весла, двинуть неповоротливую плоскодонку вперед.

— Эй, баба, постой-ка.

Катрин испуганно вздрогнула, заозиралась. Быстрый челнок успел приблизиться почти вплотную. В нем двое. Парни, уже виденные у дома. Оружие на виду не держат. Ловко орудуют короткими веслами. Ну-ну...

Катрин вскрикнула и бросила весла:

— Я просто плыву мимо! У меня брать нечего, у меня ничего нет. Не трогайте меня.

— Мы и не думаем трогать, — снисходительно заверил один из гребцов. — Мы только на твой корабль глянем. Такие чудные корыта редко увидишь.

— Лихой драккар, — согласился второй. Смотрел он больше не на дряхлую лодку, а скорее на ее хозяйку.

Катрин неподвижно торчала в своем "свином корыте", испуганно глазея на незнакомцев. Расслабленный рот чуть приоткрыт, губы жалобно вздрагивают. На лбу крупно намалевано — "Беззащитность", на нежной шейке — "Жертва обстоятельств". Ах, дяденьки, я вся ваша.

Фига с два. Шея слишком загорелая. Таблички трогательные хоть гвоздями прибивай — только простак поверит. Со следами слез на замурзанной мордашке тоже не получилось — не хотят глаза слезы лить, когда нужно, и сколько их не три, только краснеют. А красных глаз нам не нужно. Красные глаза только домашним кроликам нравятся.

— Да, ты, девушка, видимо, не сильно нас опасаешься, — хмыкнул гребец, тот, что был габаритами покрупнее.

— Вы же все-таки люди, — Катрин вздохнула. — Я плыла, зверя видела, — морда длиннее лодки. Вздохнуть боялась.

— Аванки — это да, — согласился второй гребец. — Такой "корабль", как у тебя, одним взглядом потопят. Только в наши времена люди будут куда поопаснее любых ящеров.

— Люди хоть сразу не сожрут, — с надеждой сказала Катрин.

— Сразу — нет, — засмеялся Здоровяк. — И откуда ты такая догадливая будешь?

— С Каннута мы, — Катрин хотела всхлипнуть, но решила, что выйдет фальшиво. — У самого Каменного канала жили. Когда война началась, в Роф перебрались. Сейчас вернуться хотели, да вот... — Катрин горестно зажала себе рот рукой.

— Чего случилось-то? — поинтересовался Мелкий.

Этот выглядел более серьезным. Даже на грудь, соблазнительно обтянутую белым платьем, пялился вполсилы. Движения у парня точные — пожалуй, будет опаснее здорового балбеса. Хотя оба не бойцы. Судя по всему — даже не регулярная армия, разве что в деревенских или кабацких драках успели ножами помахать.

— Не доплыли мы до Каннута, — пробормотала Катрин. — На озере на нас напали, обе барки мужниных захватили. Одна я, наверное, спаслась. Резали всех подряд.

Гребцы переглянулись:

— Кто напал-то? — спросил Мелкий.

— Откуда ж мне знать? — удивилась Катрин. — Лодки как выскочат из тростника. Я испугаться не успела, как разбойники уже на борт полезли. Волосатые, орут — отребье-отребьем. И сразу за мечи и кинжалы. Кровь так и брызжет. Меня кто-то в воду сшиб. Хорошо, меня брат плавать учил. Я до тростников добралась — там еще две лодки пустые. Я взяла ту, что поменьше, да вдоль зарослей...

— Ловко, — кивнул Мелкий. — Ты, видать, неробкого десятка. Ну, ладно, перелазь к нам.

Здоровяк протянул руку. Катрин неуверенно глянула на широкую лапу речного джентльмена, оперлась. Медленно, давая в подробностях рассмотреть и грудь, и линию крепкого бедра, и стройную длинную ногу, перебралась в челнок.

— На нос садись, — распорядился Мелкий и принялся привязывать веревку к носу плоскодонки.

Катрин покорно шагнула к носу челнока. Здоровяк без нужды придержал ее за бедра.

— Эрго, за весло берись, — осуждающе посоветовал напарнику Мелкий. — Лодку я привязал.

— Так я готов, — сообщил напарник, разглядывая светлые локоны и полуобнаженное плечо пассажирки.

Катрин обернулась, продемонстрировав красивый профиль, и жалобно спросила:

— А что вы со мной сделаете?

— От обеда кое-то осталось, так что сначала покушаешь, — спокойно сказал Мелкий. — Остальное хозяин решит.

Угу, значит, хозяин все-таки есть. Ладно, побережем профиль, фас и остальное нелетальное оружие для босса. Катрин принялась разглядывать приближающийся дом. Вблизи он казался чуть крупнее. Зато спрятанный корабль даже отсюда было трудно разглядеть. Да, таких маскировочных сетей Катрин в обычных армейских частях видеть не приходилось. Что за серьезная контора здесь окопалась? Профессионалы расколют самопальную шпионку в пять минут. "Легенда" такая, что любая контрразведка обхохочется. Хотя не похоже, чтобы хозяева дома вели активную агентурную деятельность. Возможно, тогда и импровизированные враки проскочат? Про Каннут новоявленная шпионка кое-что успела узнать от Квазимодо. Чтоб он сдох, козел напортачивший, морда одноглазая.