— Пирожок хочешь? Теть Галя там тебе передала.

И снова у меня эта неловкость, когда не знаешь, куда смотреть, а куда руки девать. Блин, будто и не я совсем, чуть больше часа назад, парня по спине гладила, тихо мурлыча при этом.

— Не-а. — Какой пирожок, мне бы водички… горю ж, Данька. В горле все пересохло.

— Все нормально?

Пожимаю плечами, неуверенно кивая головой.

Да-да. Я как-то неожиданно стесняться начала. Куда, вообще, делась та Туська, которая могла горы свернуть?

В розыск её объявить, что ли?

— Поехали?

— Куда? — почему-то показалось, что он не про дом говорит.

— Костюм с бабочкой мне покупать. Кто ж меня в загс в джинсах пустит. А после того, что ты со мной в пустом кабинете сделала, ты обязана меня туда отвезти.

— Так не пойдет, Корнеев. — Иду к машине, открывая переднюю дверь. — Если я тебя в загс потащу, то только в тех шортах голубых. Пусть все видят, какой пресс мне вместе со штампом достался.

Плюс симпатичная мордашка и волосы, с шикарной укладкой. Добавить голос, от которого кожа мурашками покрывается и глаза, в которые провалиться можно. Смешать все это с сердечностью, и получится идеальный муж.

Но я скорее Вике скажу, что неровно дышать стала к ее объекту, чем Корнееву вслух про свои зефирные мыслишки.

Главное, чтобы у меня они на лице написаны не были. Просто как-то странно Данька сейчас глазеет. С любопытством каким-то. Проникновенно.

А в магазин мы все-таки поехали. Корнеев, человек слова, сказал: костюм нужен, он его и купил. Правда, спортивный, да и без бабочки, но костюм же. Надеюсь, вы не подумали, что шопинг под названием «Убей нервную систему Туське» закончился быстро и без жертв. Барин хуже Вики, честное слово. За исключением одного Звягина просто мерила, а Данька играл. И делал это с шиком. Все молоденькие продавщицы в очередь выстроились, помощь свою предлагая. А он, паршивец такой, вытолкнул меня в центр шеренги и с гордостью сказал, что прислушивается только к выбору этого знаменитого стилиста с мировым именем.

Представляете, как на меня эти красотки в черных юбках смотрели? Они офигели, честное слово. Я их шок на себе ощутила, когда они меня сверху вниз осматривали, цепляясь взглядом за мою сумку.

Пф-ф-ф.

Ничего они в моде не понимают тоже мне консультанты. Да я когда эту сумку бабуле своей показала, она в восторге была. Сразу сказала, что туда и тетрадки влезут и булка хлеба поместится. А они тут коситься начали.

Не на ту напали.

Конечно, я ситуацию в свои руки взяла. Подхватила Корнеева под руку, и повела его куда-то, голову при этом задрав так, что еще чуть-чуть, и я бы светильники на потолке подбородком сбивала бы. Костюм я выбрать тоже могу, между прочим. Себе ж как-то вещи покупаю, а демонстративно все снимать с вешалок, вообще, легче простого.

Мировой стилист с мировым именем, вообще-то. Мы пока между рядами шли, (а на нас сирены все еще продолжали смотреть) я сама в свой вкус поверила. Одним пальцем отсортировывала все выставленное в зале, под почти хрюк Корнеева.

Он успел забыть и про друга и про предстоящую съемку, продолжая ржать над моей ролью. Только я внимания не обращала. У меня продолжалась зрительная война с работницами, которые все еще на Даньку таращились, пальцем в него тыкая.

Нет. Конечно, я не ревновала. Глупости какие.

А телом своим его загораживала, чтобы не сглазили, глазенки эти вездесущие. Я-то крещеная, а на счет Даньке не знаю. Поэтому рисковать не стала, вот и «танцевала» перед ним, когда парень появлялся в зоне видимости.

Только разве он труды мои оценил? Нет, конечно. Словно не понимал, что я тут его от сглаза коварного спасаю, на себя все атаки принимая.

— Теперь в примерочную.

— Да, вперед. — Там-то они нас недостанут. — Чего? Сам иди.

Вот это я дала. С Корнеевым в примерочную идти собралась.

Окстись, Тусенция. Не готова ты еще на трусишки мужские смотреть. Тахикардия накроет и все, привет слюне на подбородке.

— Я ж сам не пойму. Взгляд со стороны нужен.

— Все равно не пойду.

— Оставишь меня без своего мнения?

Блин, разве можно так над человеком издеваться? Я ж не виновата, что контролировать себя не могу. Вот пойду, снова рот свой открою, мухам на радость, пока барин футболку снимать будет.

— Конечный результат оценю.

Вы подумали, что он меня послушал? Развернулся и ушел, оставив одну пиджаки на полках охранять? Ничего подобного. Я оглянуться не успела, как меня уже в крошечную комнатушку затолкнули с огромным зеркалом на всю стену, и за спиной моей встали, волосы на одно плечо перекидывая.

Хорошо хоть додумался шторку закрыть, иначе бы все увидели, как меня развернули, и к этому самому зеркалу подперли, пуская в ход, наглые губы.

Хотя, если бы увидели, может не стали бы опять Даньку взглядом пожирать, будто он не человек, а люля-кебаб на шпажке. Серьезно я первая из примерочной выскочила, дыша, как паровоз, а одна из красоток тут как тут.

— Что-нибудь выбрали? Может помочь с размером?

Угу.

Говорит, а в глазах номер телефона транслирует.

— Мы сами. — Ой, голос не подвел. Так ответила, что девчонки и след простыл. Даже стыдно немного стало.