– Здравствуйте, Агата, - сказала я, поклонившись и привлекая ее внимание к себе.

Женщина обернулась. Ее бледные зеленые глаза были устремлены на меня и изучали. Седые волосы Агаты были завязаны в аккуратную прическу и украшены драгоценными камнями. По первому впечатлению Агата любила дорогие камни. Я надеялась, что она поздоровается со мной или что-нибудь скажет, но женщина потеряла ко мне интерес и, повернувшись к окну, убедилась, что хорошо закрыла его, дернув ручку.

– Как тебя зовут?
– холодным голосом спросила она, повернувшись ко мне и вытирая руки о салфетку.

– Эви.

– Та самая Эви, предавшая принцессу Марцеллину?
– сказала она с колкими нотками.

Я сжала руки в кулак. Кто мог знать, что все так обернётся? У меня не было опыта в интригах и умению их обходить, оставив врага с носом. Все произошло в точности да наоборот. Меня успокаивало лишь одно - то, что Марцеллина знала правду и простила меня. Я бы все отдала, лишь бы быть сейчас с ней рядом.

– Все было совершенно не так, - резко сказала я, позабыв о манерах.

– Конечно, не так. Ведь всегда есть столько историй одной ситуации.

Агата прошла к маленькому столу и налила себе белого вина. А я стояла как вкопанная и ожидала новую волну упреков в мою сторону.

– Наверное, ты очень горда собой, раз смогла выжить и еще получить работу в королевстве, где тебя выходили.

Не слишком ли много дерзких слов в мою сторону? Хоть она и старше меня, но я не позволю с собой так разговаривать.

– Вам не известны мои мотивы. Я защищала Марцеллину, но все обернулось против меня.

Был ли смысл ей что либо объяснять? Уже было ясно, что она не очень рада моему присутствию и наверняка боится за свои дорогие камни, думая, что я могу их украсть.

Агата улыбнулась.

– Эви, Эви. Ты все же смогла убедить Марцеллину в том, что не совершала предательства в ее сторону. Как же она тебя любит, раз смогла простить это?

Похоже, новости разлетаются быстрее ветра. Раз она в курсе, то почему же достает меня?

– Вы же уже все знаете. Зачем вам моя информация, моя правда, если вы убеждены в одном?

Женщина села на стул, вновь отпила вино. Ее улыбка не спадала с губ, и меня это раздражало.

– Скажем так. Мне просто интересно, насколько ты сильна. Ты не пешка в чьих-то руках, раз смогла спастись из такой тяжелой ситуации.

– Если вы думаете, что я для вас угроза, можете попросить кого-нибудь другого ухаживать за вами, - уверенно сказала я, не в силах больше терпеть ее усмешки в мою сторону. Я не собираюсь быть для кого-то мишенью и буду отстаивать себя. Агата покачала головой. Я не могла понять ее и не знала, что у нее в голове, что ей нужно было от меня. Я пришла выполнять свою работу, а не выслушивать колкости в свой адрес.

– Все в порядке. Прости меня старую, - сказала она, и наконец-то с ее губ пропала улыбка.

Я опустила глаза, решив перевести тему и уже желая приступить к поручениям.

– Чем могу помочь вам?

– Принеси мне вино, я уже все выпила, - сказала она, потреся пустым графином.
– А после приготовь мне ванную с лавандой.

Я кивнула и, поклонившись, направилась в погреб.

Весь день я выполняла небольшие поручения мадам Агаты. Больше перепалок у нас не возникало, и я была рада этому. Надеясь, что в будущем мне вновь не придется выслушивать ее. Наверняка все в королевстве знали, что я наделала. И каждый будет стараться бросить в меня колкие фразы.

Когда день подошел к концу, Агата отпустила меня. Я очень устала, возможно, с непривычки. С Марцеллиной мне не приходилось так возиться, и большинство времени было в моих руках. Но теперь глупо было сравнивать то, что было и что есть сейчас. Идя по коридорам в свою комнату, я могла только представлять, какой разговор меня ждет с Сильваной и Георгом. Мне еще не удалось с ними встретиться, но чем раньше, тем лучше для меня. Я не хочу жить в этом страхе и надеяться, что сегодня или завтра мне не придется стоять у трона и молить о пощаде. Весь следующий день я занималась работой. Выносила мусор, готовила ванную дляАгаты, мыла окна. Вода в ведре становилась такой холодной, что руки начинали дрожать, и невозможно было удержать тряпку в руках. К сожалению, в коридорах было очень холодно, и вода замерзала за считанные минуты.

После работы я решила немного подышать воздухом. Времени у меня было достаточно для личного провождения. Кушать мне не хотелось, и я решила погулять, сходить в конюшню и побыть с лошадьми. Надев теплое платье и повязав шею шкурой волка, я вышла на улицу. Я все никак не могла увидеться с королем и королевой и не знала, к лучшему это или нет. Пусть я и оттягиваю неизбежное. Ступив на дорожку, в мою невысокую обувь тут же попал снег, и я раздраженно зарычала. Снега за два дня упало столько, что ноги тонули в нем и тяжело было обойти сугробы, хоть и дорожки более-менее были очищены. Я скучала по семейству Лардинов, по Марцеллине, скучала по теплым краям. Я вспоминала о Аметисте и о том, что он наставлял мне найти себе учителя по фехтованию. В таком случае мне нужно поговорить с королем и королевой об этом, может быть, что-то из этого получится. Я направилась в сторону конюшни, решив, что время с лошадьми меня успокоит и приведет в правильное русло мои мысли. Я любила лошадей и в прошлом проводила много времени в конюшнях. Не успела я пройти еще немного, как на меня набросилась Либ, и я утонула коленками в снегу. Я оттолкнула ее от себя, чтобы она не повалила меня на снег. Я обернулась и увидела ее довольное лицо. Хотела бы я ее закопать прямо здесь. Я как можно аккуратно старалась идти, чтобы в обувь не попало больше снега, а сейчас это уже было бессмысленно, снег был везде, где только можно.