– Золушка решила прогуляться?
– спросила она, хихикая.

– Чего это на тебя нашло?
– буркнула я, очищая свои колени.
– Теперь я вся в снегу!

– Ой, прости! Тебе нужно расслабиться, - улыбалась она, поправляя на голове черный платок, который защищал ее от ветра.

Я поджала губы. Расслабиться? Серьёзно? Раздраженно выдохнув, я направилась свой дорогой, надеясь, что Либ меня оставит, и я побуду одна, но она не унималась.

– Расскажи мне о себе, - попросила она, нагнав меня и едва держась на ногах, чтобы не уйти под снег.

Я покосилась на Калибриану.

– С чего бы это? Ты ведь о себе не рассказываешь.

– А ты спрашивай.

"В первый день она ходила, заткнув рот и строя из себя загадочность, а теперь решила о чем-то поговорить со мной? Чего это на нее нашло?" -подумала я.

– Ну хорошо, откуда ты родом?

– Из первого королевства.

Я удивленно посмотрела на девушку. Еще один человек, которого я знаю из первого королевства. Сначала Калеб, возлюбленный Элизабет, теперь Либ.

– Почему ты приехала в Пятое королевство? Ведь в первом и так много работы, и эта страна процветает, - озадаченно спросила я.

Калибриана пожала плечами.

– Ты не похожа на служанок, что есть в этом королевстве, не похожа на меня. Такое ощущение, что в тебе течет благородная кровь, - призналась я, не понимая, почему она здесь, когда все дороги открыты в первом королевстве. Это самая богатая страна, работы там много.

– Эви, я не из благородных кровей. Я просто обучалась всему этикету, умению вести себя на людях. Моя мать была куртизанкой и родила меня от какого-то офицера.

Я посмотрела на девушку, стараясь обходить сугробы. Возможно, она не хотела оставаться в тех местах, где было связано все ее детство? Ведь наверняка она была приписана с малых лет в дом терпимости, и ей приходилось спать с мужчинами, когда она только созрела. Я бы хотела спросить у Либ, приходилось ли ей спать с мужчинами, и где теперь ее мать. Но решила оставить эту тему, раз она здесь, то в первом королевстве сложилось все не так уж гладко. Я несколько раз чуть не провалилась в снег. Тяжело дыша, пыталась очищать подол платья от липкого снега, но все было впустую.

– А ты жила здесь с самого рождения?
– обратилась ко мне Либ.

– Думаю, что да.

– Думаешь?

– Я выросла в приюте. Не помню, чтобы у меня была мать или отец. Я все время находилась с какими-то людьми, которые не были мне родней.

Я ощутила напряжение, исходящее от Либ. Она жалела меня? Я не нуждалась в жалости, тем более о прошлом я не очень любила говорить. Тем более у самой Либ наверняка жизнь была не сахар.

– Главное, что теперь мы здесь. И у нас не такая уж и плохая жизнь, - наконец-то прервала тишину девушка.

Я посмотрела на нее. Наверняка она знает правду обо мне, но почему же не пытается подколоть меня, как Агата? Я промолчала, продолжая путь, и когда мы дошли до амбара, я немного замедлила ход, увидев стражников.

При виде их я напряглась, думая о том, что они могут остановить нас. И почему теперь я испытывала страх при виде стражи? На этот вопрос я не могла себе ответить. Когда мы подходили к амбару, нас никто не остановил, значит, все в порядке, и нам никто не помешает. Сейчас я поняла, что мне комфортно находиться с Либ. Несколько минут назад я хотела побыть одной, но в ее компании мне было хорошо. Толкнув большую массивную дверь, мы вошли внутрь. В амбаре было довольно холодно, но о холоде я позабыла сразу, как увидела лошадей.

– Я здесь никогда не была, - сказала восхищенно Либ, снимая с головы платок и осматривая лошадей.

– Теперь ты здесь, - улыбнулась я, подойдя к черному жеребцу, восхищенно осматривая его.

Мне так хотелось завести свою лошадь, путешествовать на ней. Но одна лошадь стоит больших денег, и еще ее нужно содержать. Я смирилась с мыслью о том, что никогда не смогу иметь жеребца. Сняв перчатки и коснувшись лошади, я начала ее гладить, ощущая под черной шерсть тепло и сильные мышцы.

– Какой же он красавчик, - проворковала Либ и тоже начала гладить лошадь.

– Хотела бы на ней прокатиться?

Я закивала.

– Еще как.

Калибриана хитро захихикала, и я напряглась, покосившись на нее.

– Ты можешь ее взять и прокатиться, к примеру, когда все уже будут спать.

Я толкнула ее. Что за глупости? Не хватало, чтобы меня еще обсуждали, как воровку.

– Не говори глупости.

– А что здесь такого? Никто не заметит, и я не собираюсь болтать.

Я покачала головой.

– Нет. И хватит меня подначивать. Если хочешь прокатиться сама -вперед.

Либ скрестила на груди руки, смотря на меня с вызовом.

– Я то смогу прокатиться, а у тебя смелости не хватит.

Поджав губы и решив принять ее вызов, я вздрогнула от того, что в амбар захлопнулась дверь. Лошади заржали и нервно зашевелились на своих местах. Я посмотрела в сторону выхода и увидела молодого мужчину. Он был одет в черный мундир и штаны с высокой обувью. Рыжие волосы цвета меди, как у меня, были растрёпаны и усыпаны снегом. В руках он держал большой узел веревок. Тяжелый взгляд серых глаз юноши был устремлен на нас.