Парень протягивал руку в пригашающем жесте, чуть улыбаясь и склонив голову. По его глазам Емелька поняла, что друг прекрасно читает ее мысли. Но они договорились, что Тим не даст совершить ей очередную глупость. А она сделает все, чтобы Мартынов не пошел бить морду Арканову.

Вот таким был уговор. На таких условиях они сохранили в тайне все, что случилось с Емельяной две недели назад. И никто, даже Ядвига, не знал о ее кратковременной связи с Аркановым.

Разумеется, подруга подозревала, что между ней и Даном что-то произошло. Но Емельяна не выдавала тайн, не собираясь вбивать клин в дружбу своей новоиспеченной мачехи и ее друга детства. По негласному соглашению, Арканов так же молчал. Иначе отец с крестным давно организовали бы Дану перелом всех конечностей, встав на защиту поруганной чести юной обманутой девушки.

– Давай, - согласно кивнула Емельяна.

Тимофей прекрасно танцевал. Отшучиваясь и в шутку подначивая девчонку, Мартынов умудрился отвлечь Емельяну от тяжелых мыслей. А главное – увел ее дальше от Арканова, не спускавшего пристального взгляда с доверчивой подопечной Тимофея. Признаться – у охранника чесались руки, так хотелось с разворота припечатать аристократичный профиль пацана. Но Тим дал слово девчонке, а парень всегда держал свои обещания. Да и не хотелось подставлять мелкую. Иначе достанется всем, и ему самому в том числе, от взбесившегося Ажура, или еще хуже – Беса.

9

За две недели ничего не изменилось. Дан это понимал.

Его убивало равнодушие, с которым девчонка смотрела в его сторону. Словно не замечала, что он вообще присутствовал в зале.

Его убивало то, как открыто она улыбается гребаному мужику, слишком близко прижимавшему ее к себе.

Его убивало, что она – лживая маленькая актриса, так легко запудрила ему мозг, прокралась в его мысли и обосновалась в них.

Его убивало, что он не мог ничего поделать с тем, чтобы вытравить ее из своей головы. Перед глазами так и стояло ее лицо, глаза полные слез, а в ноздри вбивался запах сирени. Он возненавидел сирень. И как назло, огромный куст этой дряни распустился прямо под окнами. И теперь каждый раз, как только он возвращался в свою квартиру – этот запах преследовал его, воскрешая воспоминания о тех минутах, когда девчонка лежала в его кровати, обнимала его тонкими руками, пьянила своим юным телом.

Его убивало то, что она изменила его. Но он не намерен так легко сдаваться. И уже утром самолет перенесет его на другой континент. И там он начнет новую, свободную от запаха сирени и воспоминаний жизнь.

Переезд - единственное, что радовало Арканова в это мгновение. Он не называл свой поступок бегством. Нет. Он оставлял бизнес брату. Оставлял родной город. И шел навстречу светлому будущему, покорять новые горизонты, осваивать новые рубежи и налаживать собственную жизнь. Уютная квартира в центре мегаполиса ждала его. И Дан лично убедился, что в районе, где ему предстояло жить, не цвел ни один куст идиотской сирени. Так что, уже завтра он освободиться от наваждения по имени Емельяна.

10

Дан улетал налегке. У его ног стоял один объемный чемодан, в который были упакованы самые необходимые вещи на первое время. На плече висел рюкзак с ноутбуком и прочими нужными мелочами. Глаза скрывались под зеркальными стеклами очков.

Подходя к нужному терминалу и собираясь отправиться в зону таможенного досмотра, Арканов неосознанно повернул голову. Кажется, вечность назад он провожал Емелю на рейс. Целый час они стояли именно на этом месте, обнявшись, не находя сил, чтобы разжать руки.

– Когда сможешь приехать? Ты ведь навестишь нас? Ну, типа на каникулы? – брат вызвался проводить Арканова и, задавая вопросы, хлопнул Дана по плечу.

– Толя, давай ты не будешь строить из себя заботливого старшего братца, - поморщился Дан, так и не снимая очки с глаз.

– Мне что, уже и спросить нельзя? – пробормотал Анатолий и громче добавил: - Не переживай, Даня, я ж не последний лох, фирму не солью. И потом, ты всегда сможешь управлять дистанционно. Сам говорил.

– Толя, давай не будем возвращаться к этому вопросу, - Арканов все же снял очки, взглянул на старшего брата. – Ты всегда хотел быть на моем месте. Все документы я оформил на твое имя. Теперь ты у нас большой и злобный босс. Пользуйся, братишка. Ты счастлив?

– Типа того, - пожал плечом Анатолий.

– Об одном прошу, - уже собираясь пойти в стороны распахнутых дверей, проговорил Данил. – Не похерь «АркадуПлюс». Отец в нее всю жизнь вложил.

– Знаешь, у меня руки не из задницы! – обиделся Анатолий.

Данил предпочел оставить фразу брата без замечания. Удобнее перехватил рюкзак, второй рукой – ручку чемодана. Но что-то остановило Арканова. Заставило обернуться.

– Что? – замер Арканов, глядя на брата.

– А? Нет, ничего! – создалось впечатление, словно Толя хотел что-то добавить еще, бросить фразу напоследок, но не решился. – Мягкой посадки.

Арканов кивнул, подхватил ручку чемодана и быстрым шагом прошел в зону досмотра. Но в душе появилось чувство недосказанности. Однако Данил предпочел его проигнорировать, полностью сосредоточившись на грядущем перелете.

***

Молодой человек, почесывая затылок, смотрел сквозь огромную стеклянную стену, провожая взглядом взлетавший самолет. Кажется, он все сделал правильно, как и требовалось. Но на душе, если она и имелась у молодого человека, было гадко.

Промелькнувшая мысль заглохла в зародыше, стоило сотовому телефону звонком завибрировать в кармане брюк.