В общую копилку добавила Докси:

– Мои дальние разъезды видели гномов. Три группы разведчиков уже за соседними кустами брюхо чешут, а следом подходит армия. Точно еще не считали, но явно больше двух тысяч.

Ева побледнела еще больше и повернулась к молчавшему Пилюриусу:

– Я не знаю, как можно плесень уничтожить. Это такая зараза, с которой даже мои родственники бороться не умеют. Эти запасы остались с очень старых времен. Видимо кто-то прилично заплатил, чтобы подобную дрянь использовали против нас.

На что лекарь посмотрел на север, откуда тек ручеек, затем на юг, после чего подытожил:

– Эта гадость уже от реки тянется. Значит, там больше всего дряни... А река идет через весь Лес насквозь. И через Сколково, в том числе... С юга наемники. С севера гномы. Нашей чащобе жить осталось пару дней. И даже если мы успеем связаться со Школотой, вряд ли он что-то сумеет сделать... Ну что, бабоньки. Могу вас поздравить. Мы теперь точно знаем, как выглядит настоящий пиздец...

Когда вы желаете чего-нибудь “эдакого”, то надо очень-очень постараться правильно для мудака сверху сформулировать список пунктов в тех самых пожеланиях. Потому что дядька наверху вредный, бесконечными воплями снизу задерганный, поэтому если у него руки и доходят вершить добро, то делает это на отъебись. Ну, или как ему левая пятка подскажет. Хотя, чего злиться. Они один, а нас, ушлепков, до усрачки развелось.

Поэтому когда Картер говорил о своем желании вершить подвиги и всячески геройствовать, то представлял себя верхом на белом коне, с шашкой в лапе и орущим во всю харю: “Руби гадов!”. Или хотя бы сразу перескочив всю эту кровь-кишки-развиздораздило, а ты уже в бинтах, в гареме, тебя кормят с ложечки и попутно отсасывают. Иначе — нахер весь этот героизм?

Но, как мы уже заметили, коту никто не подсказал о гнусном характере мудака, исполняющего желания. Хотя, вроде бы уже взрослый, должен был догадаться. Поэтому, когда утром Школота поставил боевую задачу, Картер первую минуту молча пучил глаза и пытался переварить услышанное. Потом попытался было раззявить пасть, чтобы погромче высказать свое неудовольствие, но господин барон перехватил глотку кошака твердой рукой и тихо прошипел на ухо:

– Хоть звук услышу – придушу, как последнего вредителя! У нас тут полная гостиница местных соглядатаев, а ты собираешься концерт устроить... Значит, мы на боевом выходе. Поэтому исполняем приказы молча, быстро, качественно. Любые мнения о том, что у отца-командира кукушку сорвало – это уже по возвращении домой. Ну, или давай в последний раз определимся, с кем ты. В самый последний. Считай, я тебе дикое одолжение делаю. Либо ты с нами, либо пиздуй отсюда и не мешайся под ногами.

После того, как железная хватка на шее ослабела, Картер попытался продышаться, смахнул лапой выступившие слезы и прошептал:

— Кто же спорит, господин главнокомандующий... Но мог бы хоть вежливо приказ отдать, а не как обычно...

– Так что решил?

Кошак бесшумно спрыгнул на пол, покрутил башкой и вздохнул:

— Да куда я теперь, нахер, с подводной лодки... Сделаю. К ночи все будет в полном ажуре.

Вот так одни бойцы-командиры жрали деликатесы в гостинице и готовились к вечерней прогулке по Дарре, а другие бедные-несчастные лапками топали по запутанным трубам ливневой канализации города, запоминая все повороты и готовясь предоставить карту исследованной территории. Хочешь быть героем? Меси гавно, парниша...

Извозчик был счастлив. Все же заполучить такого жирного и не привередливого клиента — это просто улыбка фортуны. С утра у гостиницы пристроился на уже оплаченном месте, беляшик-другой схомячил — и вот они, гости дорогие. Сели, покатили в какой-нибудь приличный ресторан. Там позавтракали, рюмку-другую опрокинули — теперь можно и просто по городу поболтаться. Полюбоваться на центральные районы, посмотреть особняки, выставленные на продажу. Либо к магам в гости заехать, там часто дни открытых дверей проводят для потенциальных заказчиков. Зайдешь в дом белобородого кудесника, посмотришь на всякие диковины. Причем молодой барон оказался неплохим знатоком разных забубенных сущностей, периодически умудрялся зацепиться с колдунами языком на час-другой. Затем вежливо раскланивался, иногда прикупив что-то из предложенного и отправлялся обедать. После обеда — прогулка на пляж или в платную водолечебницу. Грязью пятки попарить, в баньке расслабиться или еще как здоровье поправить. Ну и обратно.

Вот и сегодня исколесили почти половину города, после чего остановились у одной из оружейных лавок. Приказав ждать, Школота вместе с Чинуком проследовали внутрь, раздув самомнение до непомерных величин. Покрутились перед застекленными витринами, пощелкали вхолостую запальным замком у древнего мушкета. Потом обсудили цены на новинки и взяли на пробу маленькую зарядную банку под ручную мортирку. За южными кварталами было несколько мест, где местная аристократия и прочие прожигатели жизни любили пострелять из домашних коллекционных безделушек. После чего откланялись.

И лишь отъехав подальше, стали ржать, словно ненормальные:

– Не, ты его пистолеты видел? Там золота больше, чем металла! А обойма вмещает всего два заряда, да и то ослабленных!.. А шпалер армейский? Он к армии имеет такое же отношение, как я к евнухам! У него даже прицел не установлен! А банка эта? Они стопор туда молотком забивали, не иначе! Один раз отстрелял и на выброс... Ну, жулье... И ценник... Да у нас шпана из мастерских себе для развлечения самопалы лучше делает! И это обычные подмастерья, про гномов и не говорю...