Не стоит думать, чего-то плохого. Устраивать массовые казни никто не собирался. Больно надо возиться. Однако и оставлять в тылу организованную военную силу при марше к следующему пункту назначения - Далласу, будет плохой идеей. Оно нам надо, напрягаться, ожидая удара в спину?

Технику конфискуют (скорее всего приспособят под нужды экспедиционного корпуса), оружие где-нибудь складируют, а то и вовсе уничтожат. И лишь только после этого всех отпустят по домам. Рядовых уж точно. Офицеров, возможно, задержат. На всякий случай. В любом случае, всю ораву держать однозначно не будут. Слишком хлопотно.

Имелся, конечно, вариант перебить всех. Но тут тоже проскальзывали нюансы. Если уж устраивать нечто подобное, тогда придется зачищать город полностью. Отправлять весь Хьюстон под нож. Иначе всякие партизанские вылазки против захватчиков нам гарантированы. Обязательно найдутся герои, пожелавшие отомстить.

А так, и волки сыти, и овцы целы. Они знают, что мы тут не задержимся и вскоре вообще свалим обратно. Будут сидеть тише воды, ниже травы, не провоцируя никому ненужную агрессию. Амерские военные в этой случае сами выступят сдерживающим фактором для своих.

В качестве альтернативы - россыпь свето-бомб, выжигающих город до основания. Кланы умели настаивать на своем.

–  Живой?
– ко мне подошел главный Мечников, хлопнул по плечу в качестве приветствия.

Князя не видать, наверное, восстанавливается после тяжелого поединка.

–  Да, - я кивнул и сразу же поинтересовался: - Что с лордом?

Командующий силами вторжения направления "Хьюстон-Даллас" небрежно махнул рукой в сторону полуразвалившегося небоскреба.

–  Готов, его светлость. Лежит где-то там. Надо труп поискать для опознания.

Ну, с учетом использованных сил (полыхало будь здоров, особенно в магическом фоне), далеко не факт, что тело осталось в достаточной степени сохранности для идентификации. Скорее всего сгорело, а то и вовсе испарилось. На вершине Цитадели и крыши-то толком нет. Одни развалины.

Что, конечно, вовсе не значит, что означенный Патриарх мог бежать, притворившись мертвым. Они с князем так близко сошлись в схватке, что обмануть другого в гибели не представлялось возможным.

Если говорят сдох, значит сдох. Клану Фостер настал конец.

–  Когда выступаем к следующей точке? Будет формироваться конвой?
– я остановился, оглядывая следы многочисленных разрушений на окружающих зданий. Ласка, как обычно, дисциплинированно замерла за левым плечом.

Именно на нее бросил изучающий взгляд Мечников, прежде чем продолжить говорить.

–  Она мой кровный вассал, - успокоил я его, догадавшись что того беспокоит.

Маг хмыкнул, но как-то совершенно невесело.

–  Никакого конвоя не будет, - огорошил он.
– Да и вообще, дальнейшего продвижения. Остаемся на месте.

Не знаю как, но я почему-то сразу понял куда клонит ставрополец.

–  Перемирие?
– еще до конца не веря, спросил я.

Чародей кивнул.

–  Оно проклятое. Будь оно неладно, - и не дожидаясь вопросов объяснил: - Есть такой показатель: коэффициент выполнения задачи в заданный промежуток времени. Так вот, аналитики подсчитали, что мы в него не укладываемся. Точнее, мы-то с вами как-раз идем с опережением графиков, но вот остальные не успевают. И очень серьезно.

Дерьмо! Я сразу сообразил, о чем идет речь. Мы взяли Хьюстон и разделали под орех Фостеров, а вот другие русские кланы похоже не могли похвастать такими успехами.

Умники из Объединенного Командования почесали репу, посчитали и быстро поняли, что при столь медленных темпах наступления, экспедиционные войска завязнут здесь надолго. Уровень сопротивления будет только возрастать, а ресурсы для войск тратиться с катастрофической скоростью. И все это на другой стороне Атлантики.

–  Конференция назначена на послезавтра. Пока остаемся здесь, чтобы иметь лишний козырь на переговорах, - сообщил Мечников, еще раз хлопнул меня по плечу (на этот раз ободряюще) и направился по своим делам.

Похоже война закончилась.

Надувной матрас военного образца плавно качнулся, реагируя на изменение положения тела. Я подтянулся и уперся спиной в невысокую спинку походной кровати. Взгляд неосознанно скользнул влево, тонкое одеяло сползло, обнажая длинную стройную ногу, Ксюша что-то пробормотала и сладко причмокнула, прибывая в стране грез.