Линда очень страдала в эти месяцы. Первые недели казались безнадежными, но потом Голливуд, съемки, и стало немного легче. Ей даже показалось, что она излечилась, но когда через полгода она вернулась в Киев и некоторое время пожила в одиночестве, ничем особо не занимаясь, воспоминания нахлынули с новой силой, возвращая грусть.

Линда не могла забыть Рому, ведь он был единственным в своем роде. Она никогда не встречала никого более умного, знающего жизнь, познавшего ее суть. И сомневалась, что когда-нибудь встретит. Мысль о том, что мужчина ее мечты не ответил ей взаимностью, просто сводила с ума и погружала Линду еще глубже в пучину безнадежности.

В одно из таких обострений, когда жизнь без Ромы казалась ей бессмысленной, Линда даже написала ему, правда, не от своего имени.

Она написала на его электронный адрес, предназначенный для рекламных предложений, и под вымышленным именем предложила три тысячи долларов, попросив, чтобы Ром провел ей экскурсию по Питеру.

Ответа, конечно же, не последовало, но Линде всё равно стало как-то легче, как будто теперь она переложила всю ответственность на плечи судьбы. Удивительно, она была такой успешной, популярной, казалось, весь мир у ее ног, но счастливой она себя при этом не чувствовала. В ее жизни не было главного — Ромы.

Понимая, что так дело не пойдет, что Роме нет дела до нее, Линда, как только ей снова стало более-менее сносно, начала активно бороться с самой собой. Она поклялась себе, что даст шанс первому достойному мужчине, который начнет за ней ухаживать, заставит себя быть с ним и принять его любовь, потому что ее любовь оказалась никому не нужна.

И такой мужчина нашелся. Андрей, на пять лет старше, бизнесмен из Украины, живущий в Америке, ведущий свои финансовые дела в нескольких странах, почитатель ее творчества, друг многих режиссеров, продюсеров, актеров и вхожий в светскую тусовку. Андрей понимал Линду, принимал ее индивидуальность и, в сущности, идеально ей подходил. И она начала встречаться с ним.

Поначалу после каждого свидания она много плакала, но со временем привыкла, а после даже немного привязалась к нему. Их считали крепкой парой, их союз одобряли и поддерживали.

И вот сейчас, когда Линда почти смирилась со своей нынешней жизнью, сообщение Васи вернуло ее на исходную точку, когда она любила Рома Хулиганского всем сердцем. Но не эти мысли были сейчас в ее голове. Рома был болен.

«Что с ним?», — написала она.

«Печень. Возможно, мне не стоило напоминать тебе о нем, но я решил, что ты должна знать».

Линда начала набирать текст, но ее прервали.

— Хватит! — лучшая подруга Юля выхватила телефон из ее рук. — Удели нам внимание, мы так редко видимся.

Линда виновато улыбнулась. Да, она всего на три недели вырвалась в Украину и, наконец, встретилась со своими подругами и их мужьями. Андрей должен был подъехать с минуты на минуту, но устойчивый мир Линды пошатнулся, и сердце вновь забилось чаще. Она уже и забыла, как это бывает.

— Простите, девочки, очень важное сообщение.

Она вернула телефон в свою власть.

«Ты всё правильно сделал, Вася. Я хочу его увидеть. Я приеду».

— Линда, спасибо тебе за приглашение на премьеру, — говорила тем временем Юля, — мы с девочками уже начали присматривать себе наряды.

— Не за что. Мы с вами оторвемся, как в фильмах, — ответила на автомате Линда и снова уставилась в вибрирующий телефон.

«Хорошо. Я тебя встречу и отвезу к нему. Но должен тебя предупредить — у Ромы есть девушка».

В ушах зашумело, и Линду бросило в жар. Именно этот неудачный момент выбрал Андрей, чтобы появиться.

— Прости, милая, что задержался, — сказал он, протягивая ей букет роз.

Ей ничего не оставалось, как включить режим «робота», как ей однажды посоветовал Вася, нацепив на лицо дежурную улыбку.

— Привет, ребята, дамы, — Андрей поклонился девушкам и пожал руки парням, а потом сел рядом с ней и поцеловал в щечку.

— Как ты? Опять грустишь?

— Нет, всё хорошо.

— А Линда часто грустит? — удивились девочки.

— Иногда мне кажется, что это я на нее так действую, — Андрей рассмеялся, а Линда промолчала, ведь это было правдой.

Ей нужно было собраться с мыслями, понять, как быть, и окружающие были сейчас совсем некстати. Ей было стыдно за это перед ними, но как же хотелось сейчас убежать.

— Я сейчас вернусь, — сказала она и вышла из-за стола.

Линда закрылась в кабинке туалета и, наконец, осталась одна. Хотелось выть. У Ромы есть девушка. Конечно, а что она хотела, почему он должен быть один? Интересно, у них всё несерьезно или только Линда была у него девочкой для битья? И зачем к нему ехать, если у них, наверное, всё хорошо, и Рома, вероятнее всего, о ней не вспоминает? Линда горько усмехнулась, и всё же расплакалась. Как же больно было осознавать, что жизнь Ромы шла своим чередом, что без нее он счастлив, а она готова всё бросить и мчаться лечить его печень. Лечить алкоголика, из-за которого она пролила столько слез.