Кровавый ад.

Я склонила голову к нему, чувствуя, как его пальцы собственнически обхватывают мою шею.

— Готова отсюда выбираться?

Ох, конечно, блин.

— Только дай, я выйду по ступенькам, - сказала я ему, кивая туда, где я заходила в бассейн.

— Просто вылези здесь, — Декс нахмурился.

— Я, правда, не могу, — я вздохнула, думая о сотнях раз, когда мне приходилось выбираться из бассейна YMCA. — Из-за моей руки.

Вся хмурь тут же испарилась с его лица, Декс присел, его ладони скользнули мне под подмышки.

— Я вытащу тебя, детка.

Он подхватил меня и вытащил из воды, и прежде чем я успела воспротивиться, мы оба уже оказались на коленях, а секунду спустя он уже помогал мне подняться на ноги. Декс обхватил мою руку, и мы направились туда, где сидели до этого. Вдоводелов вокруг стало меньше, чем тогда, некоторые разошлись по двору со своим семьями или ели.

Должно быть, он собрал мою сумку, пока мы играли с Дином, потому что нагнулся и выудил мое полотенце.

— Придется обсушить тебя, пока ты не заболела, — произнес Декс притворно мягким голосом.

Я посмотрела в небо.

— Солнечно.

Он поднялся, широко разведя руки с бледно-серым полотенцем.

— Сделай одолжение, детка.

В любом случае, возвращаться в воду не входило в мои планы, поэтому я кивнула и позволила ему обернуть себя полотенцем так туго, что я стала похожа на человека-бурите.

Я и глазом не моргнула, как он подхватил меня и усадил на стул, на котором он до этого сидел сам. Декс устроился рядом и его руки крепко обхватили меня. Его губы коснулись моей макушки. Для него, похоже, это было нормой, что все пялились, но для меня нет. Я знала Декса слишком хорошо. Я раскусила этот собственнический жест, и было бы ложью, сказать, что я не ловила от этого кайф.

Лютер сидел в кресле и оглядывал двор. Один.

Я позволила себе положить голову Дексу на плечо.

— Извини, за сегодняшнее.

— Я понимаю, — он хмыкнул, сильнее сжав свои объятия.

— Понимаешь?

— О, да, — его слова прозвучали как рык. Был ли это рык? Можно сказать, надеюсь на это. Рррр.

— Пусть твои бывшие благодарят Бога, что я никого из них не видел в живую.

— Не выпрыгивай из штанов, — ухмыльнулась я. — Я не спала ни с одним из них, Декс.

Его дыхание пресеклось, а руки вздрогнули.

— Мысль, что ты… ты с… святая хрень, я не могу, не могу даже выговорить это.

Декс ревновал? Ревновал? Елы-палы. Кажется, мои яичники заработали в экстремальном режиме, когда он стал заикаться.

— Представляю, каково тебе… — Декс грубо прочистил горло. — Тебе не стоит беспокоиться. Я не гажу там, где я ем.

Пустой взгляд, который я перевела на него, красноречиво показал ему, что я не понимаю, о чем он.

— Бэкки была ошибкой, Ритц.

Краем глаза я наблюдала за ним.

— Правильно.

Он вздохнул и его объятия стали еще более собственническими.

— Ты была там тем утром, детка. Я слишком много выпил предыдущей ночью.

Я была там, на следующий день.

— Да, но по заднице ты ее шлепнул так, будто бы это не было никакой ошибкой, — слова вылетели быстрее, чем я успела поймать их.

Декс очень мило сморщился.

— Не могу сказать, что не мечтал о том, чтобы этого не было. Но что сделано, то сделано, Ритц. Вот почему я стараюсь часто не нажираться, детка. Хватило урока моего папаши.

Ну да. Я знала об этой его точке зрения. Я знала его, и за все те вечера, что мы провели вместе, он редко когда выпивал больше пары банок пива. Это определенно было странно, потому что я также знала его, как человека, который не всегда держит себя в узде. Но этот парень часто бывал трезвее, чем я.

И он был прав по поводу своего отца. Из того, что я знала, старший Локк был алкоголиком, и если Декс знал это... что ж, он не хотел пойти той же дорогой. Совсем. Для человека, который так ценит свой контроль, должно быть, тяжело смотреть на такие вещи.

— А та рыжая? Скай?

Он застонал. Его ноги даже подскочили рядом со мной. Декс ущипнул меня за мочку уха.

— Той ночью, о которой ты думаешь, детка, ничего не было. И ни в какую другую ночь с тех пор, как ты вошла в мой салон в своей форме студентки.

— Зачем тогда она принесла твою жилетку тем вечером и сказала, что ты забыл это у нее? — этот вопрос вырвался у меня не нарочно. Клянусь, но все эти страхи, которые притаились в глубинах моего мозга, не могут сгинуть в одночасье. Какая-то часть меня все еще нуждается в их защите, я думаю.