Поразмыслив, Ксения решила поискать в интернете.

Интернет не порадовал. Нет, предложения были, но все — все, Карл! — гинекологи работали в медицинских учреждениях. На любой вкус и кошелек, часы работы, телефоны, адреса клиник и центров. Черт знает что!

Не может быть, чтобы перевелись врачи, принимающие на дому!

Ксения злилась, нервничала, но найти нужное не получалось.

Димка ходил сычом, но открыто не дерзил, видимость семьи поддерживал — испугался, что от него избавятся? Правильно, пусть боится! Вот от Тайки совершенно отгородился. Будто, нет её. А глупая малявка лепетала «папа» и бежала, раскинув ручки, стоит ей только увидеть отца. Сомов кривился и сбегал, ребенок рыдал. Не респектабельный дом, а настоящий дурдом!

В конце концов, Ксана приказала няне уводить девочку в её комнату, как только муж приезжает домой.

— А утром и вечером на поцелуй приводить её? — хмуро спросила женщина. — Она же скучает.

— Да, конечно.

Ничего, два раза в сутки потерпит пять минут, должен не только получать, но и отдавать. Да и нянька заподозрит неладное, она и так косится, чего это отец от ребенка бегает, как черт от ладана? Правда, Дмитрий и раньше старался свести общение с дочерью к минимуму.

Через день, успокоившись и поразмыслив, она зашла в спальню к супругу.

— Поговорить надо.

— О чем еще? — недовольный со сна Сомов, сердито катал желваки, избегая встретиться с женой взглядом. — Еще один сюрприз?

— В наших общих интересах договориться, как жить дальше, — Ксения села на пуфик, толкнула носком домашней туфли валявшуюся на ковре книгу. — Если не хочешь вылететь с тремя копейками в кармане, без возможности устроиться куда-нибудь, выше дворника, то придется нам изображать мир и счастье.

— С чего бы это? — буркнул Дмитрий, но внимание удвоил.

— С того, что пока папа не в курсе твоей маленькой проблемы — ты остаешься моим мужем со всеми причитающимися к этому статусу бонусами. Как только отец поймет, что ждать от тебя внука не стоит… Ну, ты понял, надеюсь?

— Разведет, обдерет, выкинет, а тебе найдет нового мужа? — полувопросительно — полуутверждающе пробормотал Сомов.

— Именно.

— А тебе какая во мне корысть?

— Самая прямая — я не желаю быть свиноматкой и рожать ещё одного спиногрыза, а от тебя я не залечу. Пока ты рядом, пока мы создаем видимость счастливой семьи, отец будет терпеливо ждать, никаких шагов предпринимать не станет.

— Сколько веревочке ни виться…

— Не страшно! Подождет несколько лет, а там и смирится. Тайка у нас есть, этого вполне достаточно.

— И что ты предлагаешь?

— Ты глухой или тупой? Предлагаю перестать вести себя, как осёл, включить мозг и играть роль до конца. В том числе, и дома, когда мы одни. Прислуга, наверняка, отцу стучит. Хоть раз в неделю её меняй, он успеет завербовать. Нянька косится, ты от Тайки шарахаешься. Мы по отдельности спим. Ругаемся, вместе не ужинаем. Продолжать или сам догадаешься, как скоро отец пожелает узнать, что у нас происходит?

— То есть, ты предлагаешь вести себя, будто ничего не случилось?

— Именно. Тем более что ничего такого, на самом деле и не случилось! Сытая и благополучная жизнь стоит того, чтобы немного потерпеть.

— Мне к тебе прикасаться теперь противно, — с вызовом ответил Дмитрий. — А любовь изображать — тем более.

— Жить захочешь — переборешь брезгливость. Ты тоже не мужчина моей мечты, тем более что налево ходишь регулярно. Думал, я не узнаю? Но ради спокойствия и хороших денег я закрою на все глаза. Учти, что я — дочь, а ты всего лишь зять. Зятьев может быть много, они легко заменяются один на другого, а дочь — одна. Улавливаешь?

— Улавливаю. Какие у меня гарантии? Допустим, я подыгрываю и для всех мы — любящая семья. Как долго это будет продолжаться, и что станет со мной, если ты передумаешь?

— Какие гарантии тебе нужны? — Ксения, в волнении, облизала губы, лихорадочно размышляя, что она может предложить или, чем припугнуть.

— Гарантии, что ты не выбросишь меня, как только я стану не нужен. Гарантии, что мои деньги, имущество и место в компании останутся у меня навсегда. Даже, если ты решишь ликвидировать наш брак.

— Если мы заключим новый контракт, папа о нем узнает быстрее, чем высохнут чернила на бумаге. Поэтому тебе придется просто поверить на слово. Могу обещать, что если на момент смерти отца мы будем женаты, ты автоматически займешь место генерального, а потом я подам на развод. Сама. То есть, ты останешься при должности и своих накоплениях. Мне и папиного наследства хватит. Но учти — тебе придется играть свою роль о-очень убедительно!

— А Щербаков куда денется? Разве он согласится подвинуться?