А Макс пусть взращивает… Что он там взращивает, лёжа на полу, я не совсем поняла, да и ладно.

Для Артёма, мы всё же сняли отдельное видео.

Правда, здесь меня, как я подозреваю, надули.

Сначала, мой супруг попросил меня прихорошиться. Я выполнила его просьбу. Навела макияж и надела коктейльное платье.

Потом, он вдруг решил, что видео должно быть менее официальным, и предложил снять его лёжа на кровати. Подозрение уже помахало мне своей лапкой. Но всё равно, я сделала, как велел Макс.

Тот в свою очередь, окинув меня придирчивым взглядом, сообщил, что как-то вульгарно я выгляжу и мне следует прикрыться покрывалом. Я прикрылась, и пообещала самой себе, что если он сделает ещё одно замечание, то поздравлять своего друга он будет в гордом одиночестве.

Но Максим больше ничего мне и не предлагал. Этот гад, когда пошла запись, просто взял и накрыл меня покрывалом полностью. И пока я брыкалась и кусалась, он хохоча, поздравил друга.

Вот такой шедевр и получил Артём. Ржущего Макса и меня спрятанную под одеялом.

После этой выходки, я совершенно искренне посмотрела на Максима, как на ребёнка и подумала, что долго ему ещё аскезу держать, чтобы мужчиной стать.

Супруг, как мне показалось, взгляд мой понял и решил загладить вину — пригласил меня в клуб. Мотивируя это тем, что «…раз уж ты всё равно прихорошилась…». Был у меня конечно порыв обидеться, но потом подумала, а зачем? Танцевать и веселиться хотелось больше, чем дуться.

Так что, не смотря на весь этот детский сад, отдых в целом получился вполне приятным, если не считать новогодней ночи.

Со старшим поколением мы почти не пересекались, только если во время ужина или обеда. Я даже стала подозревать, что весь этот семейный отдых был организован с одной целью — лично увидеть, как складываются у нас отношения с Максимом. Макс, кстати, мою догадку поддержал. Иначе даже он не мог объяснить присутствие своей мамы на отдыхе. Как он заметил, хоть открытого конфликта между «женой № 1» и «женой № 2» никогда не было, но за всё время знакомства до этого момента, они общались от силы часов десять. Причем, половину из этих десяти часов, было на нашей свадьбе.

Младший братец тусовался с нами ровно столько, сколько позволяла ему ситуация с Ангелом. Если её родители были поблизости, Серж составлял нам компанию, если горел зелёный свет, он стартовал по зову сердца.

Правда в день нашего отъезда, судьба приготовила лично для меня вишенку на торте, в виде пикантной ситуации, невольной свидетельницей которой я стала. И это ввело меня в некий ступор.

Во время загрузки багажа в такси, я вспомнила, что забыла зарядку для телефона. Уже на обратном пути, случайно увидела, как отец Максима обнимал его мать и что-то тихо говорил, склонившись к самому её уху.

Ситуация была щекотливой. Эти двое вели себя не как бывшие, а как самые что ни на есть настоящие любовники. Хорошо, что я для них осталась незамеченной.

Что делать с этой информацией я не знала, поэтому решила придержать новость и не рассказывать её Максиму.

Вот такими, эмоционально-насыщенными, оказались наши новогодние каникулы.

Ну, а по приезду домой, нас ждало самое чудесное, самое любимое время всех студентов — сессия.

И хотя я уже всерьёз рассматривала возможность перевода в другой институт, год решила доучиться без хвостов, поэтому к экзаменам отнеслась со всей серьёзностью.

Так что в феврале, как и полагается всем нормальным студентам, выглядела я как ходячий труп, который уже с трудом понимал, какое сейчас время года, суток и вообще «где я?» и «что я?».

Мои подруги выглядели не лучше. Поэтому было решено — окончание сессии отметить старым, добрым девичником. У Анютки очень вовремя родители уехали в гости к её старшей сестре, и подруга, как радушная хозяйка, предложила свою типовую трёшку в типовой башне к нашим услугам.

Собственно, именно эту новость я и сообщила Максиму.

— Сегодня не жди. Завтра раньше обеда точно не появлюсь, — застёгивая сумку, предупредила его. — Может даже к вечеру только подойду, — подумав, добавила я. — Развлекайся.

Макс выслушал все мои наставления с каменным лицом и вдруг спросил:

— Презервативы взяла? — скрестил он руки на груди, его губы при этом сжались в тонкую линию.

— Зачем? — офигевши спросила я. Он что, не слышал? Я ему целый час говорила, что иду на девичник, а он мне про презервативы!

— Это ты зря, — всё с таким же выражением лица, заметил он. — Мало ли чем он тебя наградит. Таблетки подходят только для очень близких людей, — интонацией он особенно выделил слово «близких». Вот дурень. По себе людей не судят! Под девичником, я подразумеваю именно девичник!