— Пустышка, — чуть удивленно протянула Руби.

— О чем вы? — спросила Тиль, косясь на круглый прибор с замершей стрелкой.

— Скворечник, — напомнила ей Руби, засовывая прибор назад в карман халата доктора, и Тиль заметила у той на рукавах пятна крови. — Займись делом. Потом мы повесим скворечники в яблоневом саду. Может, соорудим и кормушку, чтобы птички скорее прилетели, а? Как думаете?

По классу пронеслось неуверенное одобрение. Молотки снова застучали. Дороти, сидящая впереди несмотря на высокий рост, коротко вскрикнув, сунула палец в рот, и Руби тут же оказалась рядом.

— Дай я. Что ж ты такая неумеха у меня, — ласково пожурила она девушку. — Держи ровнее, бей аккуратно, вот так.

Она ловко сбила дощечки, потом занялась треугольной крышей, доктор ушла. А Тиль посмотрела на схему, нарисованную на доске, и перевела взгляд на спину Руби. Преподаватель снова надела желтый спортивный костюм, но теперь Тиль не обманывалась ни ее жизнерадостным внешним видом, ни якобы веселым нравом. Тихонько встав из-за парты, она подкралась к шкафчику у стены. Руби увлеченно забивала гвоздь, девочки тоже заинтересовались заданием. Тиль приоткрыла дверку и нашла стопку рисунков. Нужный ей оказался в самом низу. На портрете, который нарисовала Джулия, Руби действительно выглядела старой, хотя на лице не было ни морщин, ни пигментных пятен, но вековая усталость лежала в глазах гранитной плитой. Белый ежик волос казался острым, как иголки. На шею падала странная тень, или это чешуя?

Положив рисунок на место, Тиль вернулась за парту и взяла молоток. Примерившись, вогнала гвоздь в мягкую древесину, соединив две дощечки. Руби маг, без сомнения. Все это затеяла она?

Как же сейчас не хватает Ланса, чтобы поделиться с ним открытиями. Где его, интересно, носит…

Спохватившись, Тиль выронила молоток и вскочила к двери. Он наверняка пошел за ней в библиотеку! Как бы не натворил там дел!

Она дернула дверную ручку, но та не поддалась. Толкнула дверь — будто попыталась проломиться сквозь несокрушимую стену.

— Сядь на место, — рыкнула Руби.

Тиль обернулась, и встретилась с холодным взглядом преподавательницы, смотревшей на нее исподлобья. Шагнув к парте, Тиль опустилась на стул.

— Выполняй задание, — приказала учительница. — Или будешь наказана.

Тиль демонстративно отложила молоток в сторону, закинула ногу за ногу, упрямо посмотрев на Руби. Та лишь хмыкнула и продолжила помогать Доротее. А Тиль услышала сдавленные всхлипывания и, повернувшись, заметила, как содрогаются плечики Алисы. Она быстро пересела к ней на свободный стул, забрала молоток из дрожащей руки.

— Не бойся, — прошептала она девочке. — Сейчас мы все сколотим. Держи гвоздь.

Алиса обхватила тоненькими пальчиками гвоздь, но он тут же выпал, скатился куда-то на пол. Тиль соединила две дощечки под прямым углом, сунула Алисе в ладони, а сама взяла молоток и забила гвоздь.

— Теперь следующий, — пробормотала она.

— Зачем ты мне помогаешь? — прошептала Алиса.

— Может, хочу получить наказание, переписать эту дурацкую книгу и посмотреть, что в ней тебя так напугало, — сказала Тиль. — Что с тобой произошло? Это связано с книгой?

— Я не знаю, — честно призналась Алиса. — Но раньше я была другой. Я могла менять мир. Глупо, знаю, ты не поверишь. Помнишь ту яблоню, где мы впервые встретились?

Тиль кивнула.

— Она появилась из-за меня, — прошептала Алиса ей на ухо. — Я ее придумала.

Тиль посмотрела на девочку внимательнее. На впалых щеках Алисы горел лихорадочный румянец, тонкие обветренные губы были искусаны до крови.

— Я не вру.

— Я тебе верю, — ответила Тиль. — Обещай, что тоже доверишься мне однажды.

— В смысле? — нахмурилась Алиса.

— Потом поймешь.

Тиль наскоро сколотила доски, приделала крышу и, подмигнув Алисе, пересела за свое место.

Руби шла по проходу между партами, оценивая кривые и косые скворечники, помогая девочкам и прикладывая руку к каждой поделке. Движения учительницы были точными, уверенными, и Тиль даже залюбовалась тем, как ловко она работает. После ее помощи можно было надеяться, что птицы, завидев свое потенциальное жилье, вернутся на Либеморт, а не улетят в ужасе, роняя перья. Руби подошла к ее парте, поцокала языком, глядя на заготовки, взяла молоток, и Тиль невольно отодвинулась в сторону.

— Ты так на меня смотришь, будто думаешь, что я сейчас разобью тебе голову молотком, — улыбнулась Руби, и от ее улыбки мороз продрал по коже. — Разве не знаешь, что учителям это строго запрещено? Подай гвозди.

Она сколотила дощечки в два счета, поставила скворечник перед Тиль. Круглое черное отверстие, вырезанное в доске, гипнотизировало и притягивало взгляд. Ни миг Тиль показалось, что там, в темной глубине, что-то шевельнулось.

— Итак! — Руби хлопнула в ладоши, и девочки повернулись к ней. — Все молодцы. Берем скворечники и идем за мной.