— Эх, была не была, — выдохнула Руслана. — Если кто-нибудь сутки назад сказал мне, что я без скафандра по Луне шляться буду, то…

Что-то щелкнуло. Маккольн увидел, как фигурка серебристом скафандре взялась обеими руками за гермошлем, на мгновение замерла в этой позе, и рывком сорвала его с головы.

— Х… х… х… — билось в наушниках изо всех сил сдерживаемое дыхание. — Х-хо… о-о-х-х…

Несколько секунд было тихо, потом Джон осторожно спросил:

— Ну, как вы, Руслана?

— Х-хо-о… — снова услышал Маккольн. — Хорошо-о. Медом пахнет. Почему-то.

— Каждый организм по-своему ощущает запах силового поля. Вернее, ему кажется, что ощущает.

— Да? А что вы чувствуете, Виктор? — повернулась Барбикен к лунному Тарзану.

Тот какое-то мгновение не отвечал, а потом Маккольн, наконец, услышал и его голос. Спокойный, свинцово окрашенной тональности, чем-то похожий на его собственный.

— Я всегда ощущаю запах йода. Только не чистого. А с какой-то примесью. Не то чистого белья, не то рыбы, не то…

— Так, наверное, пахнет море, — тихо, с придыханием, вставила Руслана. Дэну показалось, что она слегка задыхается.

Очевидно, это ощутил не только он.

— Руслана, девочка моя, снимите скафандр. Вам будет легче.

— Да, наверное, — голос Барбикен ощутимо слабел. Маккольн увидел, как она покачнулась и упала бы, если б Виктор во время не поддержал ее.

— Отец… мама… — два раза коротко вскрикнул он.

Ни черта себе! Да их тут целая семейка! Пораженному Маккольну со скалы было хорошо видно, как Эллис с Джоном кинулись к Виктору. Вместе они подхватили Барбикен на руки и, положив ее на чуть искрящийся реголит, быстро сорвали с нее скафандр.

— Это все ты, Джон, — расслышал Маккольн сквозь шорох излучения. — То, видите ли, шоковая терапия с погонями, то спешишь человека на поверхность вытащить. Это-то после вчерашних разговоров! Доведешь девчонку…

— Да нет, все нормально, — прорезался слабый голос Русланы.

Она уже сидела прямо на скафандре в золотистых шортах и коротком топике, одетом прямо на голое тело. Холодные звезды равнодушно мерцали в антрацитовом небе. Виктор топтался рядом.

— Море… — внезапно произнес он. Это слово, очевидно, не давало ему покоя. — Почему море должно пахнуть йодом? Ведь лунные моря…

— Виктор, — оборвал его отец, — давай оставим все вопросы на потом. Человеку в себя прийти нужно.

— Слава Богу, дошло, — иронично бросила Эллис. — Правда, как всегда, с опозданием.

— Да нет, все нормально, — повторила Руслана, поднимаясь со скафандра и неуверенно ставя ногу на реголит. Потом — вторую. — Шершавый, — пояснила неизвестно кому. — Не холодный. И не теплый. Никакой.

— Насколько мы поняли, — рассудительно пояснил Джон, — световое поле, селайт, как мы его называем, действует по нескольким направлениям. Выравнивает окружающую температуру, разлагает вещество лунного грунта и синтезирует газовую оболочку вокруг человеческого организма…

— Джон, — бросила Эллис, — сейчас не время для лекций.

А Руслана растерянно повторила первые слова первые слова пояснений Джона:

— Насколько вы поняли!?..

Эллис полуобняла девушку:

— Ученые до сих пор не могут внятно объяснить сущность электромагнитного поля, но это не мешает нам пользоваться им даже в быту. Так что же говорить о других феноменах?

— Да. Феноменах, — повторила Руслана, ощупывая себя и оглядываясь по сторонам. — Я из-за этих феноменов второй день, как во сне, живу.

Маккольн на вершине скалы покусывал губы. Ему очень хотелось побольше узнать световом… Извините, о селайте. Потому как, если говорить о феноменах, то такого в его коллекции и близко не было. Но разговор внизу пошел в несколько другом направлении.

— Какой сон!? — воскликнул Джон. — Вы же ученый, Руслана! Космонавт! Должны в реальности мгновенно разбираться. Что вокруг происходит такого, что выходило бы за ее границы? Селайта пока касаться не будем. А так… Начнем с древнего робота Калы…

— А знаете, как он меня перепугал? Или она?

— Он, наверное. Кала — это самый первый образец. Музейный экспонат. Правда, модернизированный немного. Используется он, как вы уже поняли, в качестве домашнего работника. А что еще?.. Киборги маны?.. Биоуправляемые андроиды такотаны?.. Хорты?..

— Крысы, — поправила Джона Руслана.

— Да нет, хорты. Поросята Господа Бога, добывающие строительные материалы из всего окружающего. Хотя, они немного выпадают из общего ряда. И связано это с селайтом и с тем, что они были первыми механизмами, которые… Ладно, не будем пока об этом. Так вот, в том, что из них получились мыши, вина дедушки Виктора, Пьера. Когда эти модели только начали разрабатываться, он приделал к ним мышиные мордочки. Деду тогда лет десять было. Так и пошло. Хотя, как вы заметили, в последнее время они напоминают и мышей, и поросят весьма отдаленно.