— Понял, — так же тихо ответил Авар.

Элла забилась в угол. Сын Эскала сделал полшага вперед, и она спряталась за его широкой спиной. Посох колдуна замерцал нежно-фиолетовым цветом. При желании, старик мог легко справиться со всеми и без подручных инструментов, но до похода оставалось мало времени, и он берег силы.

Скрипнула дверь.

— Кнут! — проревели снаружи. — Это Васку. Мы хотим поболтать немного.

— Заходи! — Колдун ущипнул воздух и дверь открылась. Васку он прекрасно знал. Вроде бы наставник оталовских отпрысков, на деле же, правая рука господина. Строптивая, своенравная, но своя.

Мужчины вошли. Можжевеловый дух отступил, запахло кожей, потом и лошадьми. Сердце Эллы заколотилось как бешеное. Визитеры, явно пришли по ее душу. Васку, Тур и Потер, один из телохранителей отчима, придирчиво рассматривали дом колдуна. Тур держал за шею связанного Герта. Пленник, казалось, весь скукожился, отчего сын Отала выглядел просто огромным. Во рту у Эллы пересохло. Ей вдруг вспомнился шепот Тура, и его руки тисками удерживающие ее в районе талии. В тот вечер он тоже казался гигантом, а уж каким тяжелым было его тело и не передать. Сердце девушки заколотилось как бешенное и она обратилась за помощью ко всем богам, хоть и знала, что это бесполезно. Просила пожалеть, не хватало еще, чтобы колдун отдал ее родственникам. Уж лучше Обитель нитей!

Хозяина дома приветствовал Васку легким кивком. Кнут криво улыбнулся, будто знал о подручном Отала что-то скользкое. Тур легонько толкнул Герта вперед. Тот сделал пару шагов и остановился. Затравленно посмотрел на колдуна. Васку сжал в кулаке навершие меча.

— Мы ищем падчерицу господина. Этот человек, — подручный Отала кивнул в сторону Герта, — говорит, что обратил ее в статуэтку и отдал тебе.

Кнут хмыкнул.

— Все так. Я хотел поговорить с девушкой о ее отце, но она ничего толком не знает. Она ушла.

— Куда направилась, не сказала?

— С чего бы? — Колдун покачал головой.

Васку прищурил глаза и прикусил губу. Потом отстегнул с пояса большой кошель и бросил его на стол радом с Кнутом. Ослабил кожаную завязку. Золотые монеты заиграли в лучах солнца и задорно зазвенели, разбегаясь вдоль разошедшихся стенок кошелька.

— Итак, — Васку запустил ладонь в монеты и, прихватив горсть, стал ронять их в кошель по одной. — Ты точно не знаешь, где Элла? Отал хотел бы доверить тебе ее обучение, а ты помнишь, он человек щедрый.

Колдун сдвинул брови и махнул рукой.

— Не разыгрывай спектакль, Васку. Где девчонка, не знаю, но могу поклясться, что сообщу, как только мне станет что-то известно. Я всегда готов услужить твоему господину, если он хорошо заплатит.

Подручный Отала смерил колдуна недовольным взглядом, фыркнул, обернулся к Авару.

А ты не видел здесь рыжую девушку? Длинную и худую? Я готов отдать все золото тому, кто скажет, где она.

У Эллы перехватило дыхание и замерло сердце. Авар, небось, отродясь столько денег не видел! Выдаст ее и дело с концом. Сын Эскала усмехнулся:

— В этом доме рыжий и длинный только я. Но, боюсь, за девушку не сойду даже в темноте.

Тур хихикнул. Васку завязал кошелек, нежно пригладил его выпуклый кожаный бок и снова повесил себе на пояс.

— Как знаете. Но если вдруг передумаете, пошлите весточку.

Он кивнул спутникам, и они вышли прочь, оставив Герта. Авар подошел к блондину, вынул меч из ножен и разрезал веревку. Герт потер запястья.

— Спасибо.

Кнут встал с кресла и подошел к мужчинам.

— Ты, вероятно, голоден, Герт. Где еда, знаешь, свою комнату тоже. Передохни немного, а завтра мы с тобой потолкуем, хочу поручить тебе одно дело.

— Другой разговор, колдун, — улыбнулся Герт и направился прямиком на кухню.

Авар вышел на улицу, Элла последовала за ним. Там, снаружи, дул долгожданный прохладный ветер. Молча дошли до места, где берег изгибался, а скала, прикрывающая дом колдуна от равнины, окуналась одним своим боком в море. Уселись на булыжнике, похожим на мышиного цвета танкетку и уставились на водную гладь. Снова штормило. Волны словно в припадке бились об камень и отступали обратно, захлебнувшись атакой. Брызги подпрыгивали, как сумасшедшие, будто стараясь навсегда оторваться от родного дома, и попадали на ноги, на руки и на лицо.

— Спасибо, что не продал меня, — еле слышно произнесла Элла.

Сын Эскала растеребил рукой ее рыжую гриву и улыбнулся:

— Мало предложили, еще бы столько же, и я бы точно сдался, — он наклонил голову набок и подмигнул нечеловеческим глазом. — А у тебя, оказывается, какой-то таинственный отец. Не расскажешь?

Девушка вздохнула.

— Нечего рассказывать. Я и видела-то его один раз, а до этого и знать не знала о нем. Я, признаться, была уверена, что мать согрешила с каким-нибудь трубадуром или бродячим циркачом… А получается, что я и про мать ничего толком не знаю… — Элла махнула рукой. — Когда на замок отчима напали кмыры, я с перепугу вызвала какие-то древние силы, отец их почувствовал и явился загнать эти силы обратно, откуда пришли. Так бы они все вокруг разнесли. Он сказал, способность управлять ими передается по наследству, и спросил, кто моя мать. Дальше все было как по писанному, он обнял меня, если это можно назвать объятиями, пообещал найти мне учителя и исчез. Больше я его не видела. Зато хлопот теперь из-за него полон рот.