Удар по макушке заставил меня вскрикнуть.

— И кто тут у нас? — раздался старческий голос.

Я с удивлением уставилась на старческое лицо, обрамленное седыми прядями. Старуха, закутанная в меховой плащ, приподняла ветки и, наклонившись, с любопытством разглядывала меня. В руках у старухи был деревянный посох, украшенный совиными перьями. Им-то она и стучала меня по голове, пытаясь разбудить.

Глава 13.

Суд короля

— А ну, выбирайся! — велела старуха.

Я тут же выбралась из укрытия, готовая бежать при первой же возможности. Дождь прекратился, и в лесу было сыро и холодно. Я совсем продрогла, и у меня зуб на зуб не попадал, тем более, что моя одежда была разорвана спереди, и мне приходилось стягивать лиф руками.

Стоявшая передо мной старуха оказалась неожиданно рослой и крепкой. На ней были щегольские замшевые сапожки, хотя платье больше подошло бы крестьянке — из грубой шерсти, с замызганным подолом.

— Ух, какая рыжая! — бесцеремонно сказала старуха, потирая подбородок. — Хоть перси наружу, а на деревенских потаскушек не похожа.

— Простите?.. — только и смогла пробормотать я.

Встретить в чаще леса женщину и так было удивительно, но еще удивительнее то, что простолюдинка вела себя, как хозяйка.

— Ты — Кирия Сомарец? — спросила старуха и, не дожидаясь ответа, сказала: — Конечно. Это и землеройке понятно. Где еще найти такую рыжую башку в нашем королевстве? Рыжую и пустую. А я — Варла. Твоя свекровь. Это я тебя вызывала. И это ко мне тебя должны были привезти, если бы Альфред — за ногу его, да об угол! — не притащился с визитом.

Я окончательно потеряла дар речи, глядя на седую женщину. Это — свекровь? Вдовствующая королева?..

— Что уставилась? — усмехнулась старуха. — Пойдем. Скоро вечер, лес становится опасным. Не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь прежде, чем… — она замолчала, пытливо окинув меня взглядом. — В чем твоя сила, расскажи. Что ты умеешь, и кто тебя обучал? Дель Стрига повелевали стихиями, а вот в человеческих душах были не сильны. Ты разбираешься в человеческих душах? Тут происходит такое, что и королевские маги свихнулись бы. И эта чертовка Флёр-де-Фарин всегда говорит загадками. Разве трудно сказать что-то определенное? — спросила она у меня. — Если бы ты была феей, ты бы делала предсказания, где тумана больше, чем смысла?

Я слушала ее со все возрастающим изумлением, а потом рассмеялась. Смех получился нервным, но я хохотала до слез.

— Ты — полоумная! — еле выговорила я, вытирая глаза. — Как же я сразу не догадалась!..

Новый удар посохом по макушке заставил меня отпрыгнуть. Я разозлилась, и пригрозила, потирая голову:

— Еще раз меня ударишь, мерзкая бабка, я сломаю твою палку о твою спину. Мне надо вернуться к замку. Проводи меня или покажи дорогу, мои люди тебе заплатят, — надо ли говорить, что в болтовню старухи, что она и есть королева-мать, я не поверила ни на крупицу.

Но ее мое неверие не смутило. Она даже захихикала, как будто я сказала что-то, очень приятное.

— Пойдем, — повторила старуха. — Это ты ведешь себя, как сумасшедшая. Расскажи, что случилось, и почему ты в лесу одна, в таком виде. Неужели ты сбежала от Раскела? Вот уж не думала, что решишься на такую глупость.

— Я не сбежала, — сказала я, теряя терпение. — На меня напали! И если ты не выведешь меня… Но она не слушала и начала пристукивать посохом, повторяя тихо и очень четко:

— Идем со мной, идем со мной…

Поведение старухи мне совсем не понравилось. Ее бормотание вселяло тревогу, а глаза словно заволокло серым туманом. Мне вдруг показалось, что старуха стала выше ростом, и что глаза ее блеснули красными огоньками. Я сморгнула — и видение пропало.

— Дурацкие фокусы, — сказала я сердито. — Немедленно проводи! Она захлопала глазами, приоткрыв рот, и перестала стучать палкой. Я встряхнула головой, и зрение окончательно прояснилось.

Теперь передо мной стояла всего лишь старуха в нелепой одежде, и я презрительно бросила:

— Уймись! И одолжи-ка мне свой плащ, — я схватила за край мехового плаща и после короткой борьбы сорвала его со старухи. Меха были теплые от человеческого тела, и я почувствовала, как кровь быстрее побежала по жилам.

— Придешь в замок Флёр, — сказала я старухе, чтобы не выглядеть совсем уж грабительницей, — и я щедро тебя награжу. Показывай дорогу.

Старуха растерялась и крепче перехватила посох.

— Ты должна остаться, остаться здесь, — начала она и протянула руку, чтобы схватить меня за плечо. Но я оказалась проворнее и в два счета перебежала за ручей, повернув к западу.