Ещё несколько воинов неуклюже поковыляли вдогонку, но восполнившегося после воскрешения здоровья хватило каждому на один удар топором.

Путь предстоял неблизкий. Волоча брыкающуюся женщину по дороге, Караш невольно вспомнил охоту на саблерога, которого приходилось вот так же тащить по земле. Тот хоть и не брыкался, но сам по себе был на порядок тяжелее.

— Постой, давай всё обсудим! — лепетала Валентина, тщетно пытаясь высвободить свои волосы из мёртвой хватки. — Отпусти же ты! Я всё объясню!

Караш слушал. И продолжал тащить.

— У меня не было выбора! Я — лидер этой общины! Я несу ответственность за этих людей! Я не могла поступить иначе!

— Что ж, пришло время отвечать за свои решения, — негромко промолвил игрок.

Одни кварталы сменяли другие, по бокам проплывали переулки, а Валентина видела над собой лишь руку Караша, тащившую её за волосы. Вдруг ноги перестали скрести мостовую и нащупали под собой мягкую землю. Они вышли из Алкенара.

— Говорите, воскрешение действует только в городской черте? — уточнил Караш, извлекая топор с пояса.

— Н-нет, ты не посмеешь!

Это было последнее, что сказала Валентина. Острое лезвие вспороло воздух, и голова с седым каре покатилась по траве.

Вернув топор на пояс, мёртвый игрок пошёл прочь от города. Больше его ничто здесь не держало.

КОНЕЦ