Перед тем, как окончательно скрыться в городских проулках, он в последний раз обернулся к месту своего пробуждения. Там царила суета. Люди, отсюда мелкие и почти неразличимые, в большинстве своём проснулись и сейчас, наверное, задавались одними и теми же вопросами. Одни сидели на месте или ходили из стороны в сторону, изучая обстановку, другие размахивали руками и о чём-то бурно дискутировали. Оставалось надеяться, что если кто-то из них и успел заметить Караша, то хотя бы не разглядел его лица и рук.

Сначала Караш намеревался пройтись по центральной улице, но быстро сообразил, что оставшиеся на склоне люди, как только придут в себя и успокоятся, наверняка последуют в том же направлении. Если он хотел с ними разминуться, то следовало избегать столь очевидных путей, и Караш свернул в левый переулок.

Город был пуст. Ни шагов, ни голосов, ни собачьего лая. В покинутых людьми узких проулках правила тишина, отдаваясь недовольным эхом на каждый шаг незваного гостя.

Поначалу Караш заглядывал в каждый дом, благо все они были не заперты, но внутри не обнаруживалось ничего, кроме запустения, мертвенной тишины и обычного домашнего скарба. Если он хотел обзавестись оружием, то вряд ли следовало искать его в домах мирных жителей. Забросив бесплодные обыски после третьего дома, Караш побрёл дальше вдоль пустой улицы, надеясь встретить на пути заброшенную казарму или оружейную лавку.

Но оружие само нашло его.

Поднимаясь по узкой улочке, петляющей меж плотно построенных домов, Караш уловил впереди чьи-то резкие шаги. Звук всё приближался, и вскоре из-за поворота показался человек.

Мёртвый человек, если быть точнее.

Кожа незнакомца усохла, щёки впали, а с макушки сиротливо свисало несколько ещё не успевших выпасть волосинок. Остальное тело скрывал кожаный доспех с металлическими пластинами, но ничем не закрытой головы было достаточно, чтобы всё понять. Он был таким же, как Караш — мёртвым, но в то же время продолжающим жить.

Или не таким же, успел подумать игрок, когда мертвец, издав угрожающий — и в то же время полный отчаяния — стон, бросился на него, занося меч для удара.

Лезвие просвистело перед самым лицом. Караш отклонился назад ударил кулаком в ответ, попав врагу прямо в нос. Мертвец отшатнулся, красная полоса здоровья над его головой чуть укоротилась

Вы нанесли 6 ед. урона.

«Бежать или сражаться?»

Караш был безоружен и находился в невыгодном положении. В реальном мире у него не было бы и шанса против вооружённого мечника, но игра могла работать совсем по иным правилам. Пропущенный удар не убьёт его, а лишь убавит показатель хитпоинтов, а значит, можно попытать удачу и разменяться с мертвяком хотя бы парой ударов, сравнив наносимый урон. В случае опасности никогда не поздно передумать и сбежать.

Мертвец восстановил равновесие и снова пошёл в атаку. Караш ещё раз ударил кулаком, но не сумел увернуться от контратаки, и вражеский клинок пронзил ему плечо.

Зомби-воин нанёс вам 0 ед. урона.

«Ноль?»

Караш повёл раненным плечом. Боли не было, рука нормально двигалась. Похоже, она и правда не получила повреждений, хотя меч не выглядел тупым, а если и так, то должен был нанести хотя бы дробящий урон.

Но сейчас было не до раздумий. Караш продолжил странную дуэль, избивая неуклюжего мертвеца кулаками и получая в ответ всё такой же нулевой урон. Вражеский запас хитпоинтов медленно, но верно шёл на убыль. Вскоре Караш окончательно осмелел и перестал обращать внимание на вражеские атаки, позволяя себя кромсать и безбашенно атакуя в ответ.

Последняя крупица здоровья вылетела из вражеского тела цифрой «5» в системном логе, голова воина с хрустом откинулась назад, и он рухнул на землю, выронив меч и перестав подавать признаки жизни.

Зомби-воин убит.

Получено 16 ед. опыта.

Опыт: 16/50.

Ваш навык ближнего боя повысился до 1.

Ваш навык рукопашного боя повысился до 1.

Последние сомнения исчезли. Караш попал в самую что ни на есть игру — с загадочными руинами, монстрами и классической боевой механикой, базирующейся на числах урона, защиты и здоровья.

Игрок задумчиво склонился над убитым врагом. Всё же они были разными. Оба были нежитью, и в то же время сильно отличались друг от друга. Караш был в сознании и здравом рассудке, встреченный же им мертвец не контролировал себя, свою ярость и свой голод.

Голод…

Караш прислушался к своим ощущениям, попытался представить в уме какую-нибудь еду, вспомнил любимые блюда. И ничего не почувствовал. Организм не испытывал ни голода, ни жажды, ни даже потребности в дыхании. Оставалось надеяться, что так будет и дальше; что он не примкнёт к рядам обезумевшей нежити и не начнёт с голодным воем кидаться на каждого встречного.

Была и ещё одна странность — получаемый урон. Или, если быть точнее, НЕполучаемый. На протяжении всего боя каждая вражеская атака неизменно сопровождалась вылетающими «нулями», в то время как Караш стабильно сбивал кулаками по пять-шесть единиц здоровья.